Анатолий ШинкинКосмические перевозчики роман
ГЛАВА1 Дальнобойщики
Земля -- чей-то неудачный эксперимент.
Прекратят и начнут новый, как только иссякнет финансирование,
учтя негативный опыт работы с подопытными
Не гипотеза, а краешек правды.
Бюргер укладывает спать сынишку
– - Папа, а почему в космолетчики только русских берут?
– - Их не жалко. Спи, сынок.
Анекдот
– - Из пункта "А" в пункт "Б", ...
– - мой второй пилот Серега невнимательно перелистывал маршрутную карту -- "маршрутку" и презрительно кривил пухлые юношеские губы.
– - Тысячу и один раз летали на Эмпериус. Все кочки и ухабы с закрытыми глазами наизусть. "Разгоняемся к Юпитеру, используем его гравитацию для крутого поворота и вылетаем из солнечной системы на минимальном расходе топлива с избыточным ускорением."
Мне и самому бесконечные предполетные проверки и тренинги в печенках, но приходится высиживать отведенное занятиям время, и я добросовестно сижу в командирском кресле, скрестив ноги, обутые в белоснежные кроссовки, на приборной панели. Глаза у меня закрыты, сигарета тлеет в откинутой на подлокотник руке, и Серега "ловится" -- пропускает несколько страниц и, как ни в чем ни бывало, продолжает пренебрежительно монотонным голосом:
-- Краем метеоритного коридора выходим на предпоследний виток Бэтта-Туманности и, используя центробежное ускорение, достигаем сверхсвета...
-- Отлистай.
-- Что?
-- Отлистай на третью страницу к "избыточному ускорению", и, не пропуская ни строчки, -- до конца.
Многие в отряде космоперевозчиков считают меня раздолбаем, разгильдяем, расхлебаем и еще несколько слов на "раз-" и "рас-". Совершенно беспочвенное утверждение, основанное лишь на внешних впечатлениях. Не ношу военной формы, а гражданская, всегда кипельно-белая, навыпуск, небрежно подобрана и полу расстегнута, походка, свободная, "развинченная", и ленивая, "зевотная" речь. Но внутри я собранный и дисциплинированный летчик. На Эмпериус -- филиал Метрополии -- вожу грузы уже почти три года и давно научился не пренебрегать инструкциями, писанными зачастую кровью моих же товарищей.
Смерть ходит за водителями космических грузовиков по пятам, и на мыслях о ней не принято заморачиваться. Когда узнаю об очередном "улетевшем навсегда", говорю дежурную фразу: "И нам пора готовиться". Лукавлю, -- знаю, что неожиданно придет.
Эмпериус -- государственная идея, на реализации которой сосредоточены все силы и средства нынешней земной цивилизации. Существующая система управления, когда вся планета принадлежит сотне владельцев-олигархов, а остальные граждане живут на ней, вроде как из милости, давно переросла сама себя и грозит взрывом. Вот кабаны и придумали народу замануху: "Обустройте нам планету-рай, а Землю мы вам подарим". Не пожалели денег на рекламу, и вот народ в радостном исступлении затягивает очередную петлю на своей шее. Впрочем, -- это их заморочки, а у нас конкретная работа.
Только поверхностному взгляду космос может показаться статичным и неизменным. У Сереги завтра третий полет. Ему простительно думать, что изучил все "кочки и ухабы". Человек тем скорее делает вывод и начинает действовать, чем меньше знает предмет, -- энергия заблуждения, которая иногда приводит к открытию и переходу цивилизации в новое качество, как это было с Колумбом.
Мореход, основываясь на убеждении о шарообразности Земли, направил свои каравеллы на Запад, в полной уверенности, что Индии не минует, а на пути оказался совершенно неизвестный континент, ставший впоследствии Америкой. Но гораздо чаще незнание предмета приводит к конфузу, поражению, а то и выпуливает легкомысленного героя банально в вечность, из которой нет возврата. Памятные плитки о таких Серегах, первых погибших в отряде: сгоревших или потерявшихся во вселенной, сверкают мрамором на памятной стеле космопорта.
Удар о фотонный луч или направленный гравитационный столб на сверхсветовой скорости много мощнее, чем об асфальт из стратосферы, -- в доли секунды раздробит экипаж и "железо" на атомы или размажет пленкой поверхностного натяжения толщиной в одну молекулу.
Корабль, прошедший по маршруту, оставляет за собой турбулентный -- возмущенный поток. Многотонный транспорт проносится с четырех световой скоростью и сбивает с орбит спутники, "обрубает" хвосты комет, волчком закручивает встречные астероиды и прочий космический мусор, создавая неожиданные препятствия на пути следующего корабля.
Инверсионный след может держаться месяцами, -- космос не склонен к торопливости, -- и путь следующему транспорту приходится прокладывать почти заново. Прикрыв глаза, сравниваю нынешние параметры маршрута с предыдущими, вношу коррективы, мысленно проходя весь запутанный долгий путь в межзвездной темноте.
-- Шеф, в горле пересохло. Давай по чаю.
-- Зови ребят.
Серега радостно ткнул в кнопку вызова экипажа. Сашка механик и программист Леха, которого в глаза и за глаза звали Хакером, явились незамедлительно. Закрутились вокруг чаеварки, своего последнего изобретения.