– Итак, ты хочешь поговорить об этом?
– я поставил чашку кофе на стол в комнате отдыха и ждал, пока Трейс скажет хоть что-то.

По средам уроки Трейс начинались рано, но она выглядела так, будто спала в два раза меньше меня. Прошлой ночью она кричала его имя. Я притворился, что мне все равно, хотя моё сердце готово было разорваться на миллионы кусков.

– Нет.
– она хлебнула горячий напиток и поморщилась. Её темные волосы были откинуты назад и затянуты в тугой хвост, на ней была белая кофта с эмблемой орла. Она выглядела так, будто все утро проплакала.

– Хорошо.
– я откинулся на спинку стула и посмотрел на проходящих мимо студентов. Они смотрели на меня и Трейс, как на больных. Это началось с тех самых пор, как она поступила сюда осенью прошлого года. Люди пялились на неё, и мне, порой, приходилось даже угрожать им.

Я больше не мог этого терпеть.

– Хорошо.
– ворчал я.
– Я скажу тебе.

– Что?
– она выпучила глаза.
– О чем ты?

Я прочистил горло и потянулся через стол, чтобы взять её за руку.

– Трейс, ты прекрасна.

– Чейз?
– она попыталась выдернуть руку, но я удержал её.

– Выбери меня.
– прошептал я.
– Я лучше для тебя… И Никсон... с ним слишком трудно.

– Слишком трудно?

– Ты ещё не видела всего.
– я покачал головой.
– Ты действительно хочешь встречаться с парнем, который пугает тебя? Выбери меня. Позволь мне любить тебя, защищать тебя и подарить тебе честь. Позволь вернуть тебе здравый смысл.

– Ты серьёзно?
– она слегка улыбнулась.

По крайней мере что-то. Я прочистил горло и обошёл стол, чтобы быть к ней ближе. Я наклонился прямо перед ней и взял её подбородок, чтобы она смотрела мне в глаза.

– Я буду защищать тебя.

– Не волнуюсь о безопасности.

– Я целуюсь лучше.

– Опять же, не волнуюсь о поцелуях.

Я вздохнул и пожав плечами, наклонился, пока наши губы не оказались в паре сантиметрах друг от друга.

– Вот в чем дело... Именно о поцелуях тебе стоит волноваться.

– Почему?
– она выдохнула. Её верхняя губа дрожала, когда она вдыхала воздух. Через рот.

– Всего один поцелуй может спасти. Один поцелуй может погубить всю твою жизнь. А мой поцелуй? Они разрушают тебя, Трейс. Потому что, если нет, то я плохо делаю свою работу. Честно, я не волнуюсь за свою жизнь, поэтому тебе стоит волноваться о моих поцелуях.

Я поцеловал её. Легонько.

Это даже не считалось поцелуем. Наши губы соприкоснулись всего на секунду, но в этот самый момент я сделал выбор.

Я решил связать мою душу с ней. Быть для неё абсолютно всем, даже если это значит, что я не получу ничего взамен. Я собирался украсть её, и это не предательство, это выживание.

Трейс прикрыла рот трясущейся рукой и закрыла глаза.

– Мне нужно в класс.

Её щеки покраснели. Я кивнул и схватил за руку, не спрашивая разрешения. Она была моей, и мне нужно было защитить её.

– Чейз.
– Трейс выпустила мою руку и пошла дальше самостоятельно. – Я, гм...

– Пропустим это, Трейс.
– пошутил я.
– Иначе опоздаем.

– Я не знаю, смогу ли сделать это.

Недолго думая, я потянул её за руку и направился к одному из больших дубовых деревьев.

– Я не он.
– я зажал её тело в ловушку моего, замечая, что, при каждом соприкосновении, она вздрагивала.
– Посмотри на меня.

Её глаза мерцали, она разрывалась в мыслях. Она должна быть уверена.

– Ты сможешь сделать это.
– прошептал я хрипло.
– Потому что ты любишь Никсона. Верно?

Она отвернулась. Во мне мелькала надежда, что она жаждала моих прикосновений так же, как и я желал её. Может другому человеку было бы смешно чувствовать себя так. Но я хотел, чтобы она чувствовала ко мне тоже, что я чувствовал по отношению к ней.

– Да. – она, наконец, ответила со вздохом.
– Но, Чейз... Я чувствую, будто предаю вас обоих. Рядом с ним я думаю о тебе. Я волнуюсь за тебя, я люблю тебя, и ты это знаешь, но когда я с тобой... Я будто режу его сердце каждым прикосновением к тебе.

– Ну блинн, - я усмехнулся. Что я ещё мог сделать? Заплакать?

– Что?
– она оттолкнула меня.
– Это серьёзно. Почему ты смеёшься?

Я пожал плечами.

– Хорошая речь.

– Спасибо, но...

– Я собираюсь бороться за тебя, Трейс, так что смотри.
– я прижался к ней губами. Её губы были с привкусом кофе и мяты. Я нежно раскрыл её губы своим языком. Её рот был мягким, как бархат, каждая частичка моего тела была пронизана адреналином. Я наступал своим телом, подталкивая её к двери.