Шрифт:
3.5. Привходящие причины для привходящего
Привходящее отстоит далеко не только от простой сущности, но и от становящейся составной сущности. Оно может либо быть, либо не быть, не возникая и не уничтожаясь. Брентано считает это прямым следствием того, чтопричина привходящего также всегда случайна. Внезапность привходящего тем не менее может иметь любую длительность, ибо привходящее – момент времени, а не движения (суждение опрометчиво; возможно – наоборот). «И подобным образом дело обстоит и с «теперь» во времени. Оно также не может находиться в состоянии возникновения и уничтожения и все же постоянно кажется иным, что показывает, что оно не сущность». [168] Поэтому из совокупности четырех причин [169] самого по себе сущего Аристотель пытается выбрать и приписать привходящему одну материальную. Ведь и сама материя «есть именно потому, что она невозникшая». [170] Тогда все остальные причины: формальная, целевая и движущая, – для привходящего будут как раз второстепенными.
168
Там же. /1002b6-8/.
169
Ср. Хайдеггер. Вопрос о технике. С. 222-224.
170
Аристотель. /999b13/.
Движущая причина в пределе есть неподвижное перводвижущее. «Если нет ничего вечного, то невозможно и возникновение: в самом деле, при возникновении должно быть что-то, что возникает, и что-то, из чего оно возникает, а крайний член ряда должен быть невозникшим, если только ряд прекращается, а из не-сущего возникнуть невозможно». [171] Привходящее же близко к не-сущему и возникает только привходящим образом, – несмотря на почти полную невозможность этого. Минимальная степень присущности вещи определяет и вырождение становления в аморфное «сильнее-слабее». Боэций говорит о привходящем признаке мягко: «меняется».
171
Там же. /999b6-8/.
Целевая причина очевидно в конце концов кладет предел своему осуществлению. «Там, где есть возникновение и движение, там должен быть и предел… И не может возникать то, что не в состоянии быть возникшим». [172] Но привходящее никогда не достигает сути своего бытия, будучи отдельным от нее по самому своему определению. Тем более оно не могло бы находиться в пределе возникновения. Боэций о вещах всвязи с их произвольной целенаправленностью также говорит, что они «меняются за счет различных привходящих признаков».
172
Там же. /999b9-11/.
Конец ознакомительного фрагмента.