Логов на секунду обернулся и, ничего не ответив, вышел из кабинета.

– Зря ты, Павлуха, так, – сказал Кокорин. – Костян-то в чём виноват? Ему самому тошно.

– А кому не тошно? – Пашка хотел ещё что-то сказать, но замолчал, стиснув зубы.

Лейтенант милиции Князева громко рыдала. Когда Логов вошёл, она попыталась совладать с собой, но у неё ничего не вышло, и она вновь залилась слезами.

– Костя… я же… хотела как лучше… по справедливости… – судорожные всхлипы мешали ей говорить. – Я… я не думала… что всё так закончится.

Несколько минут Логов пытался её успокоить. Наконец, это ему удалось. Когда они входили в кабинет начальника, Ольга уже не плакала и внешне была спокойной. И лишь покрасневшие, припухшие от слёз глаза выдавали её внутреннее состояние.

Ориентировки с фотографиями Пришилина были расклеены в общественных местах, показаны по местному телевидению. Это дало свои результаты. Однажды неизвестный человек позвонил в милицию и сообщил, что несколько минут назад очень похожий на разыскиваемого человек вошёл в одну из двенадцатиэтажек на проспекте Химиков. Немедленно к указанному дому была направлена оперативная группа. Под видом работников БТИ сотрудники проверяли одну квартиру за другой. Напротив дома в машине дежурила группа захвата, контролирующая всех выходящих и готовая по первому сигналу приступить к действию.

В оперативную группу, проводящую осмотр квартир дома, была включена и Ольга Князева. На это задание она напросилась сама. Полковник Седой был сначала категорически против этой затеи и даже слушать ничего не хотел. Но Княгиня оставалась верной себе. Она стала горячо убеждать его в том, что для неё это дело чести, что иначе она будет вынуждена подать рапорт об уходе. В конце концов, начальник сдался, не выдержав её напора.

– Ну что же, Оля, – сказал он, – пусть это будет твоим боевым крещением.

Обход квартир было решено проводить снизу вверх, по два человека на этаж. Ольга Князева досталась в напарники Андрею Кокорину. Прежде, чем приступить к делу, они обговорили ряд предосторожностей и условных сигналов. Одним из главных требований было следующее: покидая очередную квартиру, каждый из них был должен сначала дождаться своего напарника и лишь потом посещать следующую квартиру.

Но на пятом этаже Андрею пришлось отступить от этого правила. Выйдя в коридор, он увидел, как в сторону лифтов метнулся человек. Кокорин бросился следом. Он обследовал все закутки в поисках незнакомца, но тот исчез, словно призрак. Оставалось проверить помещение мусоропровода. Андрей торопливо забежал туда и сходу нарвался на удар в челюсть. В глазах потемнело. Две-три секунды потребовалось парню на то, чтобы оправиться от нокдауна. Придя в себя, он быстро поднялся на ноги и увидел перед собой Пришилина, в руках у которого находился его пистолет. С перекошенным злобой лицом преступник целился оперативнику в лоб.

– Бросай оружие! Буду стрелять! – раздался отчаянный женский крик.

Зажав пистолет в вытянутых руках, Ольга Князева держала преступника под прицелом. От волнения всё её тело била дрожь. Пришилин резко повернулся в её сторону и выстрелил. В небольшом практически пустом помещении с бетонными стенами выстрел прозвучал оглушительно. Страшный удар отбросил женщину назад. Не теряя времени Кокорин, бросился на преступника, сшиб его с ног, и они стали отчаянно бороться за оружие, барахтаясь на грязном полу.

Но выстрел был услышан, и на помощь Андрею уже спешили его коллеги. Первым подоспел Гальский. Сходу оценив обстановку, он ударил Ваньку Мокрого ногой в челюсть так, что тот сразу обмяк. Вдвоём с Андреем они надели на убийцу наручники и усадили его в загаженный угол. Тот попытался вскочить на ноги, но Пашка опять пнул его в челюсть.

– Не дёргайся, падло!

Костя Логов не сразу сориентировался, откуда прозвучал выстрел, поэтому появился минутой позже. Первое, что он увидел: распростёртое на полу тело молодой женщины. Глаза Княгини были широко раскрыты, в них застыло удивление, словно она никак не могла понять, как такое могло случиться. На губах пузырями засыхала кровь. Логов торопливо наклонился к ней.

Конец ознакомительного фрагмента.