Шрифт:
Ассоль – А Меннерс?
Лонгрен – А что Меннерс? Однажды, когда разыгрался шторм, он не успел привязать лодку к свае. Он так долго возился, что упустил время, и его стало сносить. Я все это видел. Он стал кричать и бросать мне канат, но… я не смог пересилить себя и помочь ему. Я стоял, курил… курил и смотрел, как его лодку относит в открытый океан. Я все еще слышал, как он просил меня о помощи. И тогда я крикнут ему: «Помнишь Мери? Она также просила тебя, Гарри Меннерс!» Черную игрушку смастерил я тогда, Ассоль.
Ассоль – Ты сильно любил маму?
Лонгрен – Любил ли я? Я не очень силен в этих разговорах, Ассоль. Как бы это сказать… Она была смыслом моей жизни. А когда ее не стало, мне не за чем стало жить на земле. Но, благодарение Богу, она оставила мне тебя. Теперь – ты смысл моей жизни. Наверное, это и есть любовь.
Картина 4. Придержи язык!
Фил, Честер, Том, Девица, Майра Меннерс.
В трактире идет оживленная беседа, перебиваемая деревянным стуком чокающихся кружек, шлепанием карт и возгласами игроков. Девица строит глазки всем игрокам по очереди, но они ее хронически не замечают.
Честер – Майра! Еще вина!
Фил – А мне пива, чтоб я треснул!
Том – Черт, опять продул! Фил, давай еще разок! Ставлю на кон вот эту иконку. На ней целых полграмма золота!
Фил – Врешь, небось. Побожись!
Том – Чтоб я сдох!
Фил – Ладно, сдаю!
Честер – А скажи, Том, как тебя угораздило жениться?
Том – Жениться? Ну… Я поймал ее за юбку, когда она хотела выскочить от меня в окно.
Честер – А я свою жену в трактире нашел.
Том – Как это?
Честер – Да так! Пришел из первого рейса и загулял в трактире. Да так загулял, что когда в себя пришел, то уже был женат и имел двух детей.
Том – Крепко загулял!
Честер – Крепко. Чего не бывает по молодости!.. С тех пор так и спасаюсь от жены – то в море, то в трактире. А детей уже пятеро. И откуда они берутся?
Том – Фил, а ты когда женишься? Или ждешь попутного ветра? Смотри, какие девчонки на смену нашим женам повырастали!
Честер – Эй, да он передернул колоду! Мерзавец!
Фил – Придержи язык!
Том – Да за это, знаешь, что бывает!
Начинается потасовка. Девушки с наслаждением визжат, мужчины с удовольствием дерутся. Только Майра Меннерс невозмутимо подсчитывает каждый поломанный стул и каждую разбитую бутылку. Наконец, ей это надоедает. Она вынимает из-под стойки ружье и палит вверх. Все замирают.
Майра Меннерс – Сегодня вечер удался на славу! Завтра всем будет что вспомнить!
Обстановка разряжена, все смеются.
Майра Меннерс – Заводи, Фил!
Фил поет:
Если в жизни нет просвета,Но в кармане есть монета,Приходи в трактир к девицам,Выпить и повеселиться.Ведь и женщин, и мужчин,Лучше всех сближает джин.Если на душе тоскливо,Опрокинь стаканчик пива.А потом по паре кружекРаздели с гурьбой подружек.Ведь не даром добрый эльЖен чужих бросает в хмель.А когда жена заела,Даже если и за дело,Постарайся дать ей в глаз,Даже если сдачи даст.Драка кончится добром,Если есть в заначке ром.Если нынче выходной —Выпьем, братцы, по одной.Выпивай да запевай!И девчонкам подливай.Ведь не даром добрый БогСоздал нам на радость грог.Песня перерастает в буйный трактирный танец.
Картина 5. Не перечь сестре!
Грета и Луиза.
Луиза – Ну вот, мы в третий не продали розы. Они совсем завяли. Мать прибьет нас.
Грета – Не прибьет. Мы уже взрослые.
Луиза – Что теперь делать с ними. Совсем завянут.
Грета – Не завянут. Мать в воду таблетки от головы добавляет – ночь полежат в тазу и к утру – как новенькие.
Луиза – Вот эти совсем никакие. Давай выбросим.
Грета – Еще чего? Мать что говорила? Ничего не выбрасывать! Вялые лепестки лично ей сдавать!
Луиза – Зачем они ей?
Грета – А бес ее знает? Что-то темнит. Может, в бане с розовыми лепестками надумала париться!
Луиза – Придумаешь тоже!
Грета – Придумай лучше.
Луиза – И придумаю!
Грета – Думалка сломается!
ЛУИЗА – У самой сломается!
Грета – Не перечь сестре!
ЛУИЗА – Сама не перечь!