– Разве ЭТО может летать в пустоте? Очень похоже на диски из стволов твердой травы, какие я запускал в детстве.

– Молоко всех матерей Мира имеет один вкус! – пропел формулу единство расы охотников Смотрящий-по-сторонам, намекая вождю, что, не смотря на разность в положении, они оба охотники, с похожим голохвостым детством. Вождь взмахом лапы отмел отход от темы разговора.

– ЭТО очень хорошо движется в пустоте, Главный вождь третьего круга! Оно уже дважды уходило в хвост армады и теперь движется впереди Головного сотроя. И это за три условных дня! Его скорость в сравнении с нашей, как у сотроя против пешего охотника, а ускорение и торможение так стремительны, что по утверждению Изыскателей, таких нагрузок не выдержит никто, состоящий из живой плоти!

– Ну, значит, там и нет никого из живых! – с непонятным облегчением заключил вождь, – Просто автоматический аппарат (о подобных устройствах рассказывали Учителя-Пузыри, что вызывает некоторые сомнения в искренности Пузыря, утверждающего, что это не их пустолет). Мне хотелось бы выяснить, как приборы слежения прозевали его приближение к армаде, и что вообще ЭТО делает возле нас. Если Учитель, – вежливый жест в сторону Пузыря, – не признает пустолет своим, считаю, что исходя из секретности охоты, его следует уничтожить до маневра поворота армады. На всякий случай!

Адели, с комфортом развалившись в кресле и закинув разутые ноги на стол, задумчиво рассматривала голограмму, парящую над столешницей. В каюте был настроен предзакатный полумрак, тихо звенели цикады и по каюте бродил легкий влажный бриз, чуть пахнущий морем и сиренью. Одета она была «по погоде» – открытая майка и короткие шорты, отчего ощущала себя на вечернем пляже где-нибудь на средиземноморье. Длинные золотистые волосы были собраны в «хвост» за спиной. Голограмма над столом изображала открытое пространство, темно-фиолетового оттенка, каким его рисуют в детских книжках, с едва угадывающимися блестками звезд. В нём висела цепочка из шести черных, явно металлических предметов. В начале и в конце этакого каравана виднелись два изогнутых плоских бруска, чем-то напоминающих бумеранги без лопастей, но с крыльями, как у стрижа – длинными, тонкими и заостренными на концах. Этот бумеранг-стриж в начале цепочки заметно больше, чем в конце. Далее, от головы цепи, следовали две параллелепипедные конструкции, состоящие из двух слепленных по оси кубика – передний куб с меньшей стороной грани, чем задний. Четвертым в строю следовал «футбольный мяч» – почти шар, поверхность которого состояла из плоских восьмиугольников, на некоторых из этих площадках торчали небольшие (сравнительно с размером шара) прямоугольные надстройки. Следом висел двойной кубик – копия двух предыдущих и замыкал этот странный парад, как уже отмечалось, «бумеранг-стриж» меньшего размера. Самое любопытное, что это было не абстрактное произведение творческой мысли свихнувшегося скульптора, а вполне реальная картинка из окружающего космоса. Компьютер лишь слегка сократил расстояния между объектами (ну, примерно в тысячу раз), для удобства восприятия общей картины. Вся эта странная кавалькада неслась сейчас в космосе со скоростью в четверть световой, буквально в миллионе километров за стенами каюты. То есть, практически, рукой подать – по космическим меркам. Их исследовательский звездолет едва не воткнулся в «футбольный мяч» при выходе из подпространства вблизи системы красного карлика, пять-семь километров нельзя назвать дистанцией в открытом космосе, от столкновения спасло лишь то, что их курсы не пересекались. «Футбольный мяч» и «Поиск-100», в момент материализации, двигались почти параллельно, чуть расходясь в стороны. За сорок восемь часов, что «Поиск» кружил вокруг этого странного каравана, многое удалось узнать и ни один факт нельзя было отнести к обыденным. Во-первых, все объекты были искусственные – что не подвергалось сомнению с самого начала, лишь неожиданность их обнаружения вызывало некоторую оторопь. Во-вторых, все объекты оказались обитаемы – вторая обнаруженная гуманоидная цивилизация за неделю в этом крошечном шаровом скоплении, насчитывающем едва ли сотню тысяч звезд, противоречит элементарной теории вероятности. Что не умаляет самого факта. В третьих, даже беглый анализ отдельных элементов этих сооружений, колет глаз вопиющими несоответствиями… Позади Адели стена протаяла прямоугольником провала и кто-то вошел в ее каюту. Впрочем, «кто-то» – это для красного словца. Беспрепятственный доступ во все помещения корабля имели лишь три человека: капитан «Поиска», главврач и начальник службы безопасности. Адели была вполне здорова, в ладах с уставом службы и поэтому двух последних можно было смело вычеркнуть из списка подозреваемых. А вот капитан, определенно подозревался в неравнодушии к ней и имел формальный повод заглянуть к аналитику – для ознакомления с ходом ее исследований. Адели, изящно выгнувшись, запрокинула голову назад – в проеме торчала высокая и вихрастая фигура Рода, капитана «Поиска». Едва лишь заметив движение аналитика, он сделал решительный шаг в каюту. Улыбка и предупреждающий жест рукой приглашал исключить формальные приветствия. Как будто кто-то собирался вскакивать и вытягиваться во фрунт!

– Что надумала, Адели? – голос капитана был немного усталый. А спал ли он эти сорок восемь часов? Едва ли.

– Доброй ночи, капитан. Вы об этом? – Адели кивнула на стол. – Все как-то странно, капитан!

– Так, а что самое странное?

– Даже не знаю, с чего начать…

– Давай, для начала, я расскажу, что знаю сам. Так? А ты меня поправишь или дополнишь.

Какой он все-таки умница – никакого формализма, или нажима! Даже забываешь, что перед тобой легендарный космический волк, избороздивший треть Млечного пути. Адели чуть наклонила голову, демонстрируя готовность слушать.

– Возле системы красного карлика, практически на границе гелиопаузы, во время выхода из подпространства наш корабль буквально столкнулся с целым караваном космических аппаратов. Так? Мы всего лишь пару недель в этом звездном скоплении, далеко не самом крупном в нашем рукаве галактики, а сталкиваемся уже со второй цивилизацией. Заметь, уже владеющей звездными перелетами! Без контакта с инопланетянами, основываясь просто на дистанционном наблюдении, нам трудно понять цели их… звездной экспедиции, ни буквально, ни в переносном смысле. Вот и все, что мы знаем. Так?

– Да, капитан, мы не знаем, кто они и куда летят. Они не спешат выйти на связь, да и мы, похоже, не торопимся. Так? – Адели, слегка улыбнулась, передразнивая капитана, – Как вы думаете, они нас уже заметили? Впрочем, трудно не заметить – мы нагло крутимся возле них двое суток. Связисты утверждают, что приборы не засекли пока никаких активных методов нашего сканирования. Они просто наблюдают, ждут как мы себя поведем? Да и между собой почти не общаются, как утверждают те же связисты, удалось засечь лишь два-три коротких сообщения в радиодиапазоне. Никакой видеосвязи, даже радиофона от внутренних переговоров нет! И вообще, капитан, очень много странностей!

– Ты уже говорила. Зови меня просто – Род, в данной обстановке это удобней…

– Хорошо, Род, – легко согласилась Адели, сбросила ноги со стола и упруго встала с кресла. Они оказались очень близко, лицом к лицу – оба высокие и поджарые, только девушка лет на двадцать моложе. Светлые глаза капитана на мгновенье потемнели, и настрой микроклимата каюты аналитика слегка расстроился – пси-поле Рода допустило неконтролируемый всплеск! Чуть заметная игра жвал, и вот он опять само спокойствие и внимание. Адели удовлетворенно улыбнулась.

– Анализ конструкции звездолетов, показывает, что они сделаны весьма неряшливо, топорно, что ли… – Адели, мягко ступая босыми ногами по ковру каюты, пошла вокруг стола. – В то же время двигатели их весьма недурны – как будто их построили гораздо позже корпусов! И еще, существ на кораблях много, гораздо больше, чем требуется для обслуживания этих левиафанов, но и определенно меньше, чем могли бы вместить эти корабли, будь они пассажирскими, или колониальной экспедицией. Еще меньше это похоже и на исследовательскую экспедицию. И не только по человеческим меркам, а исходя из соображений здравого смысла.