Жан, тихо ругаясь, крутнулся в форточке и повис на животе. Стал извиваться змеёй, пока не нащупал подошвами обуви подоконник.

Наконец ловкий парень смог выдохнуть с облегчением. Он стоял на мраморном подоконнике церковного туалета и с жадностью вдыхал вонючий воздух. Жив, цел и невредим…

Жан легко спрыгнул на пол. Здоровенная крыса ударилась острой мордой в кроссовку и юркнула под белую дверь кабинки.

– И мне туда же, – зловеще ухмыльнулся Жан, вошел в отсек из деревянных перегородок, по-хозяйски уселся на холодный унитаз.

Дыхание почти восстановилось. Он снова насыпал на мелко дрожащее запястье немного белого порошка из пластиковой баночки. Всосал носом кокаин. Передернулся всем телом. Расслабленно отвалился спиной к стене.

– Отхвачу свои двадцать кусков и смоюсь в Алжир, – мечтательно прошептал малорослый джентльмен. Он растянул чувственные губы в широкой улыбке. – Там такие умелые попки у черных телок…

За туалетной дверью явственно раздались грузные шаги охранника. Жан мгновенно встал, вынул из наплечной кобуры пистолет, прикрутил к дулу глушитель.

– Всё, Африка у меня в кармане! – Кокаинист рассмеялся себе под нос, готовясь пострелять по живой мишени.

Ключ со скрежетом повернулся в замке. Огромная дверь распахнулась с грохотом и скрипом. Что-то фальшиво насвистывая, верзила в синей форме протопал к писсуару. От него пахнуло густым пивным перегаром и рвануло облаком табачного дыма.

Модник Жан брезгливо поморщился. «Ухлопать такую свинью – даже в удовольствие», – цинично подумал он.

В фаянсовый писсуар ударила струя мочи. Буало носком туфли приоткрыл дверку кабины и дважды нажал на курок, посылая пули в левую часть широченной спины.

Ручищи крупного мужика судорожно потянулись к стене. Он издал невнятный горловой звук, ноги предательски подломились… Толстый секьюрити сполз по кафелю на пол, стукнувшись подбородком о край писсуара.

– И контрольчик! – Жан уже хохотнул в голос, стреляя охраннику в темя.

Первые лица в республике шли в таком порядке: глава, премьер, мэр Павлодольска, председатель Верховного суда, спикер Парламента, первый зампрокурора. Раньше, три года назад, вторую позицию занимал король преступного мира с погонялом Хазар. Но времена меняются. Черкесов предложил авторитету Рахманову сместить престарелого лидера. Киллер расстрелял пикового законника Хазара в гараже. Урки получили нового пахана, платившего дань прокурорскому начальнику. Таким образом, абсолютно вся власть сосредоточилась в руках главы.

Только террористическое подполье имело своих непреклонных амиров. Вахабы существовали в параллельном, глубоко законспирированном мире. Они по-прежнему мстили федералам и собирали дань с местных чиновников и бизнесменов. Впрочем, в последние годы их прессинг несколько ослабел. Ряды боевиков постепенно редели, упертых моджахедов беспощадно отстреливали, молодежь все больше стремилась уехать в крупные российские города. Желающих скитаться полуголодными по горам и лесам во имя великой цели создания Халифата от моря до моря становилось всё меньше и меньше.

В экономической жизни региона большую роль играл Уральский горный холдинг (УГХ). Ему принадлежали цинковый и цементный заводы. Хозяин УГХ Махамадов постоянно проживал в Израиле. Вице-премьер Байзаров являлся негласным представителем концерна в Павлодольске. Глава был умаслен долей в 0,5 процентов акций международного холдинга. Ценные бумаги торговались на Лондонской бирже, где имели твердый бычий тренд. Два джипа также пополнили гараж Дамохова в знак уважения к правителю горного региона.

Дензнаки элита добывала открытым способом. Например, для нужд города был закуплен фейерверк. Реальная цена – 50 тысяч рублей. Заместитель главы столицы Лолита Зелимхановна с удовлетворением обнаружила в финансовых документах на приобретение петард астрономическую цифру в 550 тысяч. Таким образом, пол-лимона деревянных вдруг воздушно залетели в карманы мэра и его родной тети. Каждый представитель властного бомонда имел свой кусок от перманентного праздника распила. У чужака не имелось и грамма возможности проникнуть на Олимп, потому что подбором кадров заведовала как раз церберша Лолита. Все закупочные цены завышались чиновниками правительства, комбинатов и управлений. Весомая разница, обычно в несколько «лимонов», оседала на банковских счетах небожителей.

Внутри громоздкой карательной машины Северо-Кавказской республики существовала компактная зондеркоманда, всего шесть сотрудников. Все изуверы попали в разное время в зависимость к Абусаламу Черкесову. Первый зампрокурора мог полностью положиться на своих преданных нукеров. Те были готовы выполнить любой приказ, даже убить кого угодно, лишь бы не всплыли на поверхность их грубые преступления, подпадавшие под десятки статей УК РФ. Только бы не просочились в СМИ сведения о квартирах, приобретенных за гроши в обход всех законов, и факты изнасилований малолеток в пьяных оргиях. Ну и совершенно убойным копроматом являлись видеокадры левых получек уже за новые правонарушения, совершенные на службе в латентном, мафиозном подразделении. Абусалам Асламурзаевич называл послушных законченных палачей «гвардейцами». Между собой оборотни в погонах не были знакомы, поэтому не могли объединиться и повести борьбу за свое освобождение из паучьей сети.