Магьер знала, что не сможет избежать этого. Она и ее товарищи должны разыскать последние два шара раньше, чем это сделает кто-нибудь еще. Она закрыла глаза, чувствуя близость отчаяния. Это было слишком, особенно для Лисила, и теперь, после вопроса Винн, он не смотрел ни на кого, даже на свою жену.

– Магьер?

Она подняла голову, хотя это и не Лисил прошептал ее имя, и повернулась к ближайшему сводчатому проходу.

Там стояла Винн, одной маленькой рукой стиснув камни прохода. Ее капюшон был откинут назад, и мягкие тёмно-русые волосы свободно спадали на ее плечи по бокам от овального, оливково-смуглого лица. Ее ярко-карие глаза были расширены. Беспокойство явно читалось в ее лице, когда она повернулась к Магьер. Или, возможно, это было смятение.

Винн глянула на Лисила.

Магьер не следила за её взглядом. Она заметила, что Малец наблюдает за ней. Он сидел у ног Винн, глубокие тени внешнего прохода заставляли его мех выглядеть почти свинцовым вместо серебристо-серого. Из-за этого он казался старым и измученным, но его кристально-голубые глаза сверкали в свете кристалла холодной лампы. Глаза Мальца вспыхнули двумя жёсткими, белыми искрами, когда он посмотрел на Магьер.

Он хотел, чтобы она ответила на вопрос Винн?

«Что произошло с вами... всеми вами... в Пустошах?»

Воспоминания не всплыли в разуме Магьер. За время их путешествия на север это стало наиболее распространенным способом Мальца выразить его намерения. Когда не было времени для более долгих способов общения, он вторгался в ее разум и вызывал определённые воспоминания, чтобы попытаться показать ей, что он хочет сказать... или скомандовать.

Магьер внезапно поняла, что не может больше выносить взгляды своих товарищей. Винн ждала, что она скажет хоть что-то, а Малец хотел, чтобы она молчала. Но тяжелее всего было то, что Лисил напрочь игнорировал всё, всех... включая ее. Она должна была что-то сделать, чтобы оборвать эту затяжную паузу.

Магьер под плащом потянулась к своему поясу. Она сжала в пальцах что-то холодное и металлическое и, отцепив его от пояса, стукнула им по столу.

Лисил вздрогнул и обернулся, но даже не посмотрел на неё. Винн шагнула вперёд, ее взгляд остановился на предмете, а большие карие глаза заполнились ещё большей растерянностью.

Магьер слышала, что Винн называет эту вещь «торк», слово это имело какое-то отношение к гномам. Это был толстый металлический обруч, приблизительно четверть круга отсутствовала, но она не была отломана. На его открытых концах были кнопки или шипы, указывающие прямо друг на друга, не завершая окружность.

Винн подошла к ней и, колеблясь, подняла глаза на Магьер:

– Что с ним случилось?- начала она. – Он выглядит, как будто...

– Это не мой,- спокойно ответила Магьер.

Действительно, лежащий на столе был сделан из красноватого металла, а тот, который подразумевала Винн, – из чего-то другого. Магьер оттянула воротник своей брони, выставляя на обозрение другой незамкнутый толстый обруч вокруг своей шеи. Этот был из металла, такого светлого, это казался почти белым.

Глаза Винн расширились, а ее рот приоткрылся, когда она посмотрела вниз на второй торк на столе.

***

Вопросы замелькали в голове Винн так быстро, что один не успевал сменять другой. Она всегда думала, что торк Магьер, ее «ключ» или ручка к шару, был единственным в своём роде. Он был отдан ей в глубокой пещере с очень высокой температурой хейнасом — Пылающим — одним из Уйришг, пяти мифических рас Элементов. И все же здесь был другой, так непохожий на первый. Такой потрёпанный возрастом, что выглядел почти древним, и он не был сделан из белого металла хейнасов.

Откуда он взялся? Что это значит? Каждый шар нуждается в собственном ключе? Если так, почему принадлежащий Магьер смог открыть шар Воды, если ее торк не был специально сделан для него?

Или торк Магьер был чем-то особенным?

В затерянном Балаал-Ситте другие два товарища Винн, Чейн и Красная Руда, нашли шар — якорь — Земли. Они каким-то образом опередили призрака по имени Сау’илахк, что казалось почти невероятным, ведь этот дух, Сын Ночи, сильно опережал их. Красная Руда и Чейн не принесли торка, ключа для того шара. Если он по-прежнему был там, то он утерян навсегда. Или, возможно...

Винн внутренне похолодела.

Сау’илахк был впереди них. Что, если он нашел его первым? Но если ключа не было, то почему он не взял шар? Потому что так не мог использовать его? Или Сау’илахк, тот монстр без лица в черной одежде, забрал только ключ? Если так, то зачем?

«Что это за фигура в черной одежде, с завернутыми в ткань руками?»

У Винн перехватило дыхание, когда вопрос Мальца раздался в ее голове на каждом языке, который она знала. Она обернулась, уставившись на него, а он уже был на ногах и медленно двинулся к ней.