— Да какой может быть кусок на такую бочку? Если есть такая возможность, не знаю, кто может отказаться.

— Видите ли, в чем дело. Место исследований будет… несколько удаленным. И чтобы заниматься этой работой, придется уехать на несколько лет. Так что не все так здорово.

Ученый почесал затылок, нисколько не стесняясь этого жеста, и сказал:

— Да ерунда все это. Главное, если будет над чем работать, то можно и уехать. Все зависит от тех возможностей, которые нам предоставят. И потом. А собственно, что нужно исследовать?

— Так я не понял? Вам что: все равно, чем заниматься?

Этот интеллектуал, оценивающе взглянул на Антона и проговорил:

— Молодой человек! Математика это такая наука, для которой нет барьеров. И ее можно применить где угодно. Конечно, чтобы считать коров на пастбище, достаточно владеть и арифметикой. Но ведь и арифметика часть математики. А потом, увлеченный человек и на коровах сможет написать такую научную работу, какую и на артефактах Древних не сделать.

— На коровах значит. Наверное, это тоже интересно. Но, насколько я в курсе, исследовать нужно как раз артефакты. А к ним, я так понял, душа у Вас не лежит. Больше к коровам. Что ж придется поискать кого-нибудь другого.

— Стойте!!! Как это другого!!! Да я лучший в этих самых артефактах! Я единственный, кто создал теорию полевых функций, которая используется в артефактах Древних. Я сам смог разобраться с основами управления. Мои работы известны всем. Их постоянно цитируют…

— Да нет там никаких полевых функций. Все там гораздо проще.

— Да вы хотя бы понимаете, о чем говорите?

— Ну, я больше все же практик. С теорией у меня не очень.

— Вооот! Да Вы знаете, что только одни сингулярные поля… Погодите? Что значит практик? Вы что умеете управлять техникой Древних?

— Совсем немного.

— Что значит немного? Да у нас вообще никого нет! Вы должны пройти обследование, и мы должны выяснить, как происходит процесс передачи команд…

— Должен Вас огорчить. Коллега. Но никаких обследований не будет. И выяснять Вы будете, если мы придем к взаимопониманию, все это не со мной.

— Да как же Вы не хотите понять, что это может дать нам знания! И если Вы ими обладаете, то скрывать такое просто преступно. Нет-нет! Я буду настаивать на том, чтобы привлечь Вас к нашим исследованиям.

— Настаивать можете. Но на Вашем месте я бы лучше озаботился составлением списка необходимого оборудования. И подбором персонала, который можно привлечь к таким исследованиям. И постарался бы сделать все это поскорее. Желающих, знаете ли, достаточно много.

Дороган посмотрел на Антона и проговорил:

— И какова же цель этих исследований, что их нужно вести в такой удаленной области? Что такое можно там спрятать?

— Я не знаю в чем конечная цель исследований, но в данный момент речь идет о создании гипердвигателя и сопутствующих этому устройству технологий.

Дранс заулыбался, но постарался скрыть свою иронию.

— Вы, наверное, не в курсе, но технология гипердвигателя разработана в Содружестве несколько веков тому назад. И я категорически не понимаю, для чего нужно проводить такие исследования?

— То есть, Вы хотите сказать, что полностью представляете себе теоретические основы и процесс производства. И можете повторить любой гипердвигатель производства Центральных миров?

Ученый смутился.

— Нет, конечно. Общая теория не является тайной и давно известна. Но вот тонкости… которые сопутствуют промышленному производству… В общем, ни черта мы не знаем. И можем повторить только простейшие модели, которые были разработаны сотню лет назад.

Дранс посмотрел на стену, сложил пальцы рук в замысловатую фигуру и сказал:

— Для того чтобы достичь уровня технологий Центра нужны многолетние исследования. Да и с теорией у нас полный провал.

— Теории нет. Промышленное производство современных моделей невозможно. И Вы считаете, что исследовать в этом вопросе нечего?

Ученый вперил взгляд в Антона и спросил с легким напором:

— А у Вас, стало быть, есть конкретные предложения?

— Ну, собственно, для этого я и пришел к Вам.

Дранс потер руки и совсем другим тоном произнес:

— Я Вас внимательно слушаю.

Встречи, встречи, встречи…

И бесконечные переговоры…

Казалось, что все в империи вдруг загорелись желанием переговорить с капитаном и постараться извлечь от общения с ним максимальную пользу. Пользу для себя лично и для тех, кто за ними стоит.

Имперские кланы.

Конечно же, все те, кто проявил интерес к Антону, не принадлежали напрямую к какому либо клану. Точнее не говорили, что я представляю интересы клана "Василек" или "Бутончик".