Инна молча стояла и смотрела на меня. Потом полезла в холодильник и достала бутылку водки, а из шкафа пару рюмок. Налив тягучую жидкость, она пододвинула одну мне. Я замотала головой и поморщилась.

— Нет… Я никогда… Я не смогу… — всхлипывала я.

— Что, до сих пор не пробовала водку?

— Вообще алкоголь, — запах спирта обжигал мой нос.

— Ну, ты даешь! Ты что, с Луны? Ну, тогда, похоже, сейчас самое время начать приобщаться! Давай залпом, — и она продемонстрировала мне, опрокинув в себя всю рюмку.

Я трясущейся рукой взяла водку и сделала то же, что и она. Это было просто ужасно! Горло как облили кипятком, а нос просто сошёл с ума. Но это жуткое ощущение четко напомнило мне, что я жива. В желудке стало горячо.

— На, зажуй, — сунула мне под нос Инна соленый огурец.

В голове странно зашумело, и напряженное тело вдруг стало расслабляться.

— Давай еще по одной, не чокаясь, и поедим.

Я даже не стала возражать.

Какое-то время мы ели молча.

— Там, в том доме… Это ведь были твои близкие? — осторожно спросила Инна.

Будь я трезвой, наверное, испугалась бы догадки Инны или смогла бы достоверно соврать. Но я только кивнула.

— Это не просто пожар, ведь так? — мне оставалось только опять кивнуть.

— Выходит, у тебя теперь действительно никого нет? — тихо спросила она.

— Все умерли. Их убили, — выдавила я.

— Останешься у меня, — стукнула кулаком по столу Инна, и я подпрыгнула. — Придумаем чего-нибудь!

Она еще выпила, а я отказалась. У меня и так уже все плыло.

— Я не могу у тебя остаться. Те, кто убил моих близких, знают, что я сбежала. Они будут искать и скоро придут за мной. И ты можешь пострадать, — пролепетала заплетающимся языком.

— Да пусть попробуют прийти! — воинственно вскинулась Инна. — Ты знаешь, кто мой любовник?

Нет, я не знала и помотала тяжелой головой.

— Мой мужик — Евгений Пежин, слышала о таком?

— Нет.

— А о Жене Гоблине?

— О нём слышала. От отца.

Да, я его даже видела неоднократно. Он приезжал много раз к отцу по делам. Когда я была помладше, он даже привозил мне конфеты.

— Так вот, это для всех он жестюк Женька Гоблин. А для меня — мой Женечка, который в задницу меня целует и исполняет любой каприз. Я его попрошу, и он все разрулит!

— Зачем тебе это? — удивилась я.

— А просто я так хочу! Нравишься ты мне! — кажется, Инна уже была пьяна.

Я так точно — уже еле сидела на стуле. Алкоголь был чем-то новым для моего организма, и вот теперь я понимаю, зачем его пьют. Боль, выжигавшая все внутри, как-то притупилась, и отчаяние отступило. Хотелось верить в то, что мне действительно удастся спастись.

— Так, ты, смотрю, совсем готовая. Пойдем, я тебя спать уложу, — Инна обняла меня за плечи и увлекла в комнату. Мои глаза закрылись, как только голова коснулась подушки.

Крики и рёв, жуткий грохот внизу… Я вскакиваю с постели и хочу посмотреть, что там происходит… Истошный женский визг и яростное рычание… Едва я подхожу к двери, в комнату врывается мой отец и, схватив меня, толкает к окну. Снаружи звуки борьбы, и я слышу грязные ругательства Аримана — моей Тени и телохранителя.

— Быстрее! Ты должна бежать, малыш! Немедленно!..

Я хочу спросить, что происходит, но отец открывает окно и толкает меня к нему…

— Ники, они убили всех! — дверь застонала под мощными ударами.

— Открывай, Барс! Кончилось твоё время! — рычит кто-то с другой стороны. — Будь мужиком, давай закончим все быстро! Обещаю, ты даже не заметишь, как сдохнешь!

— Я люблю тебя, помни это! — отец толкает меня, и я падаю вниз на грязную мокрую землю. — Найди Риммана! Он единственный сможет тебе помочь…

Он говорит еще что-то, но я не слышу, так как треск ломаемого дерева перекрывает звук его голоса.