— Это личное. Не упоминайте обо мне в вашей статье, но, на мой взгляд, боги наказали его по заслугам.

— Боюсь, не понимаю вас. Вы хотите сказать, что мистер Синжи заслужил смерть в столь роковом происшествии?

Ацуи с иронией сделал легкий поклон.

— Сегодня мы несем его гроб.

— Вы будете присутствовать на похоронах?

— Это образ. Не может быть и речи, чтобы я присутствовал на церемонии.

— А? Это странно, мне кажется, это не соответствует…

— Японским обычаям? Что вы знаете о японских обычаях?

— Просто предположение. — Дэн решил зайти с другой стороны. — Вы едите у себя в мастерской, мистер Ацуи?

Ацуи нахмурился.

— Нет. Я отправляюсь в Литтл Итали. Почему такой вопрос?

— Вас не огорчает смерть уважаемого соотечественника?

— Уважаемого?!

Голос Ацуи походил на лай. Желтое лицо налилось пурпуром. Похоже, это замечание попало в цель.

— Уважаемый! Это было животное!

— Как так?

— Никко…

Он вдруг замолчал.

— Никко? — переспросил Дэн. — А при чем здесь она, мистер Ацуи?

— До свидания.

Настал момент выложить последний козырь.

— А кошка мистера Тенно?

Но Ацуи уже исчез в глубине мастерской; дверь перед носом журналиста захлопнулась.

Возвращение в центр на добром старом метро. Выйдя на станции на 59-й улице, Дэн пешком дошел до 57-й улицы и застал Никко накрывающей столы к приходу первых вечерних посетителей.

— Дэн Форрест, журналист из «Индикатора», мисс Ацуи. Могу ли я переговорить с вами?

Он заметил, как побледнели ее щеки цвета слоновой кости. «Боже, — подумал он, — какая красивая женщина!»

Она обеспокоенно оглянулась по сторонам. Из боязни хозяина, которому мог не понравиться этот перерыв в работе, или потому, что беседа с журналистом «Индикатора» вызывала волнение в связи с известными обстоятельствами? Обстоятельствами, которые вели в любопытном направлении.

— Я только что говорил с вашим дядей, — сказал он, — и у меня сложилось впечатление, что вы с мистером Синжи не очень дружили.

Ее прекрасные изумрудные глаза гневно вспыхнули.

— Это был… Нет, мы не были друзьями.

— Вы не жалеете, что он съел отравленный кусок фугу?

Она явно вздохнула с облегчением.

— Если быть откровенной, мистер… Форрест, именно так. Нет, я не оплакиваю кончину мистера Синжи. Это был… Это был…

Она не закончила фразу.

— Он исполнял функции финансового советника. Имели ли вы с ним дело в его сделках?

— Он был советником моего дяди.

— Он украл у него деньги?

Эта гипотеза не выглядела вероятной.

— Нет, нет. Он был очень честен. Дядя Шига заработал все свои деньги благодаря его советам.

— Тогда что же…

Прекрасное лицо девушки внезапно залила краска. Краска стыда.

— Это произошло между Синжи и вами, не так ли? — спросил Дэн. — Личное дело?

Она расправила плечи, рот ее сжался в тонкую полоску. Она буквально выдохнула:

— Прошлым месяцем мистер Синжи пришел в дом в отсутствие дяди. Вначале он отказался уйти. А потом… — Ее глаза разгорелись, — вы не можете это напечатать в своей газете, мистер Форрест. Изнасилование — дело очень личное.

Она замолчала, развернулась на каблуках, семейная черта Ацуи. Дэн нашел телефон в глубине ресторана рядом с туалетом и позвонил Рою.

Они встретились в «Тории д'ор» в одиннадцать часов утра, в час, как уточнил хозяин, Никко приступает к работе. Девушка явилась точно к одиннадцати. Да она и не могла не явиться на работу. Рой с вечера поставил у ее дома двух человек.

Никко, Дэн и его кузен уселись за столиком в углу.

— Было совершенно невозможно отравить пищу, чай или саке так, чтобы единственной жертвой оказался мистер Синжи. Проглотить отраву должен был только он. Даже тарелки и чашки стояли в середине стола. Но я вспомнил об одном исключении, — начал Дэн.

Никко опустила голову. Ее длинные черные волосы с синим отливом закрыли нежное лицо.

— Кроме того, была кошка мистера Тенно. Она умерла, съев что-то из мусора из мастерской вашего дяди. Однако он утверждает, что питается не в мастерской. Откуда же в ней взялась пища? Продолжай, Рой.

— Тенно не решился выбросить труп кошки в мусор. Он сохранил его. Мы съездили за ним после твоего вчерашнего звонка, Дэн. Сделали вскрытие. Она умерла от отравления фугу. — Рой повернулся к Никко. — Ваш дядя тоже купил рыбу-шар?