Шрифт:
АНАТОЛИЙ. Я не брал. Мамой клянусь.
ГАЛИНА. Ну все! Ты пробудил во мне зверя. Коля, будешь свидетелем, что я была невменяема, когда выпускала ему кишки. Так…Так…(быстро подошла к Анатолию, схватила его за грудки.) Билет, сказала! Где он?! Куда спрятал? Там. (Выворачивает ему карманы). Признавайся, а то хуже будет. У меня твоя фотография есть. Я тебе по ней такого наворожу — вечно на полшестого будет. Ну…куда засунул? В трусы, да? Снимай!
АНАТОЛИЙ. Я не брал.
ГАЛИНА. Брал! Снимай штаны!
АНАТОЛИЙ. Не буду. (Держит штаны)
ГАЛИНА. Там значит. (Расстегивает ему ремень). Признался чистосердечно. Вот что значит, действовать по горячим следам. Стопроцентная гарантия успеха.
Пока Галина стаскивает с Анатолия штаны, в комнату входит его жена Светлана и ошарашено глядит на них. Никто ее не замечает.ГАЛИНА (голос ее потеплел, вероятно от вскружившего голову легкого успеха). Сам достанешь или мне лезть? Че ж Светке-то не засунул? Критические дни у нее, да? Замарать побоялся?
СВЕТЛАНА (белеет, желтеет, краснеет). Вот ни фига себе. Ты чего делаешь? Ты чего на него накинулась? Ты чего ему в трусы лезешь? Отпусти! Отпусти его!! Отпусти, сказала!!!
Галина от неожиданности отпускает Анатолия.А то доставай ей. Накинулась она. Трясло аж всю, как ненормальную. Доставай ей. Я тебе достану! Я тебе сейчас так достану! Нимфоманка. Садистка — мазистка. Лезет она, полюбуйтесь. В трусы прямо лезет. Голыми руками прям. Отойди от него!
ГАЛИНА. Не отойду, пока свое не возьму.
СВЕТЛАНА. Че? Ты че сказала? Куда ты его возьмешь, извращенка? Свое она возьмет. Вот у своего и бери. А к моему нечего лезть. (Анатолию). Куда она у тебя его взять собралась?
АНАТОЛИЙ. Никуда…
СВЕТЛАНА. Защищаешь? Давай, защищай. Видно, и сам не против был. Может, уже и не в первый раз у вас это. Стоишь, растопырил ноги. Готовый. Пользуйтесь. Казанова. С прыщиком медицинским. Не делаю я тебе такого, так ты к этой проститутке побежал, да? Критические дни у меня, да? Придумал? Молодец! Поздравляю! И как оно? Понравилось? Конечно, понравилось. Вон, какая морда прибалдевшая…
НИКОЛАЙ. Это недоразумение, Света.
СВЕТЛАНА (увидела Николая, удивленно). И этот здесь! Это уже вообще Голливуд. Все поголовно, вся семейка — извращенцы. Одна нимфоманка, другой визажист. Ужас! Это надо же так распуститься. Докатились. А я то думала в «СПИД-инфо» одну брехню пишут, а оказывается — нет. Вот они — эти сдвинутые на почве лебеды где. Рядом. Живут, ходят, водочку понужают — все как у нормальных. И не подумаешь ведь, не отличишь их невооруженным взглядом. Кошмар. Какой кошмар. И ты еще с ними связался, дуралей. Свихнешься теперь тоже. Анонимом станешь.
АНАТОЛИЙ. Все не так, Светик. Это…
СВЕТЛАНА. А как?! Как? Зачем она тебе в трусы полезла? Скажи еще, что билет ее выигрышный тебе туда случайно залетел. За ним она полезла, да?
ГАЛИНА. А ты как будто не знаешь? Стоит тут, устроила спектакль. Заметь, Коля, как продумана технология ухода от ответственности. Доведена до совершенства прямо. Только не дураки мы тут собрались. Это ты дура, раз в трусы ему его засунула. Нужно было в другое место прятать, чтобы не нашли. А мы по горячим следам враз вычислили. Ворюги! Думали, не найдем? А я, между прочим, экстрасенс потомственный. В пятом колене. Сквозь стены запросто вижу. Вон он билетик-то лежит, под хозяйством расположен. (Ткнула Анатолия локтем). Доставай, закончилось следствие…
СВЕТЛАНА. Ну, наглая. Могла бы и получше что-нибудь придумать. У вас же, у извращенцев, фантазия богатая. Больная.
ГАЛИНА. Сама больная, ворюга! Сперла билет еще и обзывается тут. Нет бы покаяться, на колени встать, прощенья просить, пощады…
СВЕТЛАНА. Че?
ГАЛИНА. В оче!
СВЕТЛАНА. Ты?
ГАЛИНА. Я! А может у тебя он в трусах, а? Ну-ка, Коля, проверь у нее.
Николай, сам того не желая, встал.СВЕТЛАНА (попятилась). Толик…Толик…Толик, не допусти этого. Я член профсоюза. Мне нельзя этого. Толик…толик, у него глаза звереют. Толик! Не подходи ко мне, маньяк! (наткнулась спиной на что-то в дверях, завизжала, кинулась в комнату.) Мама! Кругом! Окружили! Обложили! Помогите!!!
Входит Рудольф Михайлович — крайне представительный мужчина, с внушающим доверие пузцом и исполинским галстуком на плече, в котором он, заметно, что спал.
Следом появляется его супруга Ольга Ивановна. Не женщина, а сдобная булочка во плоти. На ней завядшее вечернее платье с блестками и декольте, явившим на свет божий что-то весьма похожее на обнаженные ягодицы.