Он в него силы и душу вложил, сделал за эти годы одним из передовых и лучших и не собирался какому-то козлу отдавать проворовавшемуся. Вот и подняли коллектив, который единогласно проголосовал за полную приватизацию предприятия и передачу в аренду и управление Льву Егоровичу и его партнерам.

Сейчас это уже большая логистическая фирма. Автотранспортная, складская, занимающаяся всем, что касается перевозок и доставок грузов. Принадлежит она все тем же трем партнерам, которые, невзирая на принятые стереотипы, живут и работают мирно, дружно, без подстав и подсиживания друг друга. И дружат все эти годы семьями.

Только когда Майе исполнилось восемнадцать лет, папа купил первую квартиру-двушку, куда они и переехали втроем. И не переехали бы, может быть, вообще, им и вместе хорошо было, но старики стали побаливать, им хотелось побольше покоя, тишины, размеренности быта, а у детей то гости, то поездки разные, а старшие нервничают, переживают. Сели рядком всем семейством, подумали и решили – надо отдельно жить, но рядом!

Через пять лет Лев Егорович купил новую квартиру, побольше и побогаче, ну и занялся перестройкой старой дачи.

И мама Майи без дела не сидела, стала за эти годы классным кондитером и проработала несколько лет ведущим специалистом в ресторане Интуриста. А лет десять назад с помощью мужа открыла свою маленькую частную кондитерскую. Сейчас это небольшое, но раскрученное кафе, со своими постоянными клиентами, пусть и не самое прибыльное, но и не убыточное – зато мамина гордость и возможность реализации в любимом деле.

Одно плохо – Майка сладкого с детства не любила. Вот такой изгиб странностей судьбы – мать великолепный, увлеченный кондитер, кстати, побеждавшая во множестве конкурсов, а дочь не любит сладкого. Бывает.

Но не об этом речь, а о том, что Майя Львовна с неподдельным энтузиазмом проработала в музее три года. Пока в один и тоже прекрасный день не пересеклась там с известнейшим модельером страны, который пришел за консультацией по одной из старинных тканей. И так ему понравилась работа Майи, и так его впечатлили ее глубокие знания, что он тут же пригласил девушку к себе в штат. И она пошла.

И снова ей было фантастически интересно до полного погружения и растворения в своем деле. Начальник посылал ее в командировки по всей стране на разные ткацкие фабрики и заводики изучать технологии и налаживать выпуск заказываемых им образцов текстиля, которые Майя же и разрабатывала. И за границу несколько раз ездила на старинные фамильные фабрики тканей и на большие производства.

Знаний получила неимоверное количество! И все училась, училась! И все это требовалось осмыслить, систематизировать и освоить, чем она и занималась, не замечая времени, так увлекалась делом.

Но, как-то постепенно Майя вдруг осознала, почувствовала, что ее гнетет нечто неясное, непонятное до конца – чего-то в работе и творчестве ей сильно не хватает, и это мучает подспудно. Чувствует дискомфорт душевный, вот прямо как вылезающий гвоздь в обуви, а понять, что именно тревожит, ухватить этот момент не получается.

И поехала Майка в отпуск в Италию – развеяться, отдохнуть, подумать и ничего не делать. И как-то сидя в кафе, поедая обалденные свежие морепродукты с умопомрачительным соусом, она обратила внимание на одну великолепную итальянку, выходящую из шикарного авто в потрясающем наряде от кутюр, и подумала: «Я бы сшила этот прикид немного по-другому, и получилось бы гораздо стильней и круче!»

И застыла, пораженная озарением, не донеся до открытого рта наколотую на вилку большую креветку…

Вот!! Вот чего ей так не хватает и что прямо звенит внутри!! Ей хочется как можно больше шить, а не заниматься только тканями, и лишь изредка, когда выдерет время из плотного графика, делая что-то только для себя и родных! Шить!! Придумывать наряды, раскраивать и шить! Творить!!

Маэстро, выслушав крик Майкиной души, идею не одобрил, пояснив, что портних талантливых у него много, а специалистов по тканям практически нет.

И Майка ушла. На что он ужасно обиделся и даже, как ей показалось, намекнул, что она хочет воспользоваться его известным именем для продвижения и продажи своих изделий… ну может, ей действительно только показалось, что он так подумал, но обиделся он точно.

Через несколько лет они помирились, встретившись на одном показе мод молодых модельеров, где Майя выставила три своих работы – просто так, не для форсу и покрасоваться, интересно было, как примут ее работу. Маэстро подошел, похвалил, сказал, что она большая умница и права, что стала шить и занялась именно этим, это ее. Обнялись, расцеловались, и мир был восстановлен.

Попросив у папы кредит, Майя оформила себя как частного предпринимателя и открыла свое небольшое ателье мод. Первое время обшивала только родственников, друзей и знакомых. Потом пошли те, кто видел ее работы и захотел нечто оригинальное и для себя. То знакомые знакомых и друзей, ну и так далее – пошло и поехало. За два года Майя смогла полностью отдать папе кредит и вышла на небольшие доходы, ей хватало, тем более что все равно жила она с родителями и папа, конечно, помогал финансово, если это необходимо.