Шрифт:
Струхнул он, ничего не скажешь… но кто же знал, что так все выйдет?
— Так, давай еще раз, по порядку, с самого начала, — велел Босс. — Ничего не упускай.
— Само собой, такое дело, — и Антон пересказал все, что случилось на вокзале и после.
— Очень странно, что мальчишка что-то вообще заметил, — протянул Босс. — Удивительно. Обычные люди ничего не видят вокруг себя… — тут в его голосе все же проявилась досада. — Проклятье, ведь не может быть, чтобы все пошло насмарку из-за глупой случайности? Отвратительно! Барахло необходимо вернуть, ты это понимаешь? А недоросля ко мне доставить. Он видел кое-что, что не должен был видеть ни в коем случае, так что мы сделаем так, чтобы он не смог об этом рассказать… Ты понимаешь?
— Конечно, а как же, — подтвердил Антон, хотя на самом деле мало что уразумел.
Он не знал, для чего все затеяно, почему нужно взять дорогущую, наверняка антикварную вещь, и выкинуть ее на вокзале. Да и не мог знать, если честно — все детали плана наверняка ведал только сам Босс. Для него, сидящего на вершине башни-небоскреба, управляющего оттуда колоссальной бизнес-империей, все остальные не больше чем исполнители, юниты в огромной компьютерной игре.
Что такого опасного мог увидеть пацан, тоже совершенно не ясно, разве что попытаться зажать Предмет…
Но если Босс говорит, то так дело и обстоит.
— Жди там, где потерял мальчишку, — велел тот. — Я пришлю тех, кто найдет его и в аду.
— В лучшем виде! — Антон хмыкнул, и тут понял, что разговаривает с безмолвным коммуникатором.
Босс разорвал связь, как всегда, без предупреждения.
Анне Юрьевне Москва не нравилась — очень шумно, слишком много людей, все куда-то спешат, несутся как угорелые, и лица даже у дворников надменные, словно у английских лордов. Еще меньше ее радовало метро с его толчеей, нехваткой воздуха, и ощущением нависшей над головой опасной тяжести.
Поэтому, оказавшись на поверхности, она вздохнула с облегчением.
— Так, давай посчитаемся. Все здесь? — спросила Анна Юрьевна, разворачиваясь.
Какое счастье, что на экскурсию не отправился класс в полном составе — два с половиной десятка детей вовсе не в два раза хуже, чем дюжина. Кто-то не смог по болезни, у других родители не нашли денег, ну а тех, кто поехал в Москву за счет школы, и вовсе пять человек.
Счастье, что Елена Владимировна собралась с дочерью, двое взрослых куда лучше одного, да и есть с кем поболтать.
— Еремина — тут, Андрей Орлов — тут, — привычно считала Анна Юрьевна. — Котлов…
Мишу она нашла не сразу, почему-то он прятался за спиной Ереминой и глядел в сторону, так что виднелся только поднятый капюшон. Но как он был одет, она помнила, ошибиться не могла, и поэтому повела взгляд дальше… Вон Семененко, Олег, Света Лапырева, Фридман, вроде как все… сейчас еще раз пересчитаем, чтобы точно убедиться, что никто из детей не пропал.
— Во сколько начинается экскурсия? — спросила Елена Владимировна из-за спины дочери.
— Сейчас посмотрю, — отозвалась Анна Юрьевна.
Билеты в Исторический музей они заказывали заранее, по телефону, и распечатка должна лежать в сумочке. Найти ее среди прочего оказалось непросто, и только после пяти минут поисков сложенная вчетверо бумага зашуршала в пальцах.
— В десять часов ровно, — проговорила она. — А сейчас у нас сколько?
— Без пятнадцати, — ровным, каким-то унылым голосом произнесла Елена Владимировна. — Далеко тут идти?
— Господи, да я не знаю, — Анну Юрьевну заколотило от волнения: не хватало опоздать! — Пошли быстрее! Бегом-бегом, а не то!
И она, решительно взмахнув сумочкой, первой устремилась прочь от выхода из метро. Мысль о том, что нужно пересчитать детей еще раз, сгинула без следа, потерялась в ворохе более злободневных.
Глава 2
«Ох, влепил бы мне Юрий Анатольич за такой бег», — думал Мишка, пытаясь отдышаться.
Выложился, словно не тренировался никогда — сердце колотится, как бешеное, ноги чуть не трясутся. Странно еще, что пришедшая ему на выручку девчонка даже не запыхалась, на лице не капли пота.
— Что ты на меня смотришь? — спросила она, и Мишка сообразил, что пялится на москвичку.
— И вовсе не смотрю, — он торопливо отвел глаза, по щекам побежала горячая волна.
Ну вот, не хватало еще покраснеть!
— Он нас не догонит? — поинтересовался Мишка, оглядываясь.
— Нет, — уверенно ответила девчонка, и погладила по голове сидевшую рядом собаку. — Молодец, Кучка, здорово ты его шуганул.
Барбос, большой, серый, лохматый, умильно прищурился и заелозил по полу хвостом.