В своей повести Марк Твен энергично, страстно и самозабвенно высказал и осуждение и любовь по отношению к людям.

«Сердце — настоящий Фонтан Юности» [475] , — писал он в период создания «Таинственного незнакомца». Вопреки утверждениям реакционеров, Твен предстает в повести не как изверившийся во всем декадент, а как человек-творец, знающий о несокрушимой и неиссякаемой силе искусства. Произведение заканчивается на высокой патетической ноте: «Против штурма смеха ничто не устоит!» [476] — восклицает Твен.

В этом возгласе выражена сила гражданского мужества Твена-сатирика, беспощадно обличавшего окружающий его собственнический мир.

Твен видит в смехе воинствующее жизненное начало, сохраняющее в человеке его жизнедеятельность, являющееся оружием и опорой в мире фальши, эксплуатации и насилия.

Среди идей, подвергнутых Марком Твеном беспощадным нападкам и осмеянию, есть и идея бога. В «Таинственном незнакомце» бог предстает воплощением самых низменных качеств.

«Бог вещает о справедливости и изобрел ад, — пишет Твен, — проповедует о милосердии и изобрел ад, требует добродетелей, всепрощения и изобрел ад, говорит о морали и сам ее не имеет, осуждает преступления и сам их совершает; бог создал человека, не спросивши его, а затем пытается возложить на него ответственность за все поступки, вместо того чтобы добросовестно взять их на себя; бог с чисто божественной тупостью приглашает этого бедного, оскорбленного раба поклоняться ему» [477] .

В представлении Марка Твена сливается воедино религиозная этика и буржуазная мораль. Все ненавистное, что было в последней, присуще богу, и наоборот — бог воплощает жестокую и лицемерную мораль «цивилизованного» общества, которую Твен называл «душистой, обсахаренной ложью».

Борьбу с религиозными предрассудками Твен вел всю свою жизнь, начиная с «Простаков за границей» и кончая полемической книгой «Христианская наука» (1907).

После «Янки при дворе короля Артура» Твен продолжал упорную борьбу с церковной идеологией, которая к тому времени становилась ощутимой политической силой. Бизнесмены цинично и открыто заявляли в буржуазной печати: «религия — надежная охрана наших капиталов». В Гарвардском, Чикагском и других университетах открывались теологические факультеты и дискутировались богословские схоластические «проблемы»: «питание дьявола», «как едят ангелы» и т. д. Росло число церквей и христианских общин. В Хартфорде, например, насчитывалось свыше пятидесяти общинных церквей — епископальных, методистских, унитаристских, баптистских, католических, еврейских и т. д. Одной из таких церковных общин в Хартфорде Твен дал название «Божественные мошенники».

Начиная с 80-х годов в США бурно распространяется новое веяние в религии — культ «христианской науки», основательницей которой была миссис Эдди (Мэри Бейкер Гловер). В своей книге «Наука и здоровье» она утверждала, что боль, старость, смерть — это все «заблуждения», над которыми может восторжествовать дух верующего. «Учение миссис Эдди» — помесь религии с шарлатанством — претендовало на такой универсализм, что «верующие» с его помощью якобы излечивались от душевных и физических болезней, вплоть до переломов, когда кости «верующего» должны были правильно срастись без вмешательства хирурга, лишь с помощью молитвы и «внушения». «Христианская наука» получила большое распространение, была поддержана сторонниками одной из разновидностей прагматизма — «волюнтаристами».

Марк Твен высмеивал все специфически американские «выверты» общественного сознания. Не мог он пройти и мимо «христианской науки», овладевавшей помыслами десятков тысяч простых людей. Воспитатель народа, он зорко следил за всем, что шло во вред развитию народа. Против «христианской науки» он выступил с рядом статей (1899, 1902, 1903, и 1907 годов) [478] , оценивая обожествление Эдди как массовую повальную болезнь, опасную для общества. «Христианская наука» может, по его мнению, оказаться политической силой и даст возможность «тираническим политико-религиозным боссам» в США установить инквизиторские порядки; «христианскую науку» и католическую церковь Твен считает большой социальной опасностью [479] .

«Миссис Эдди чрезвычайно богата», — отмечает Твен. «Христианские ученые» организовали бизнес» [480] , — утверждает писатель и доказывает это.

Зоркость Марка Твена поразительна. В конце XIX века в США выкристаллизовались действительно классические формы политико-религиозного бизнеса. «Христианские ученые» (последователи «религии» миссис Эдди) и римская папская курия входили в тесный контакт с президентом Теодором Рузвельтом, получали от него всяческие экономические выгоды и выполняли политические задания этого матерого империалиста. «Мы (англосаксы) — лучшие из лучших природных американцев», — раздавалось с церковных кафедр.

Антирелигиозная деятельность Марка Твена выражалась не только в создании публицистических, но и художественных произведений. В конце его жизни была опубликована часть рассказа, десятилетиями хранившегося в сейфе: «Выдержки из «Визита капитана Стормфилда на небеса» (1907–1908).

Полностью рассказ был опубликован лишь в 1952 году, в книге «Донесение из рая».

Свыше сорока лет прошло между зарождением рассказа и первым его опубликованием. Многие американские писатели и литературоведы толковали историю «сокрытия рассказа в сейфе» как доказательство «трусости» Твена, утверждая, что писатель страшился быть обвиненным в богохульстве.