Шрифт:
Когда Иван Иванович сел в троллейбус, от него шарахались.
Правильно в общем шарахались: если занимаешься автоматизацией, то делай это не ради моды, а для пользы дела. Иначе от всей этой затеи пахнет очень дешевым одеколоном.
К сожалению, до этой мысли Иван Иванович не дошел: он проснулся. А сон-то ведь был прямо в руку.
Веселый вечер
В субботний вечер, вернувшись с работы и пообедав, инженер Конусов сидел в кресле с книгой.
— Ну вот, так ты и будешь читать до самой ночи? — укоризненно спросила жена. — Может, пошли бы к кому, о людьми встретились?
— Зиночка, если тебе скучно, включи телевизор.
— Спасибо, уже включала. Я хочу видеть живых людей. Знаешь что? Пойдем к Беляшевичам. Они очень приглашали.
— Это кто такие — Беляшевичи?
— Беляшевичи? — удивилась Зина. — Разве не помнишь? Я же о них рассказывала…
— A-а! Это с которыми ты познакомилась в Мисхоре?
— Да-да! Интересные, культурные люди. Мне было с ними так весело! Танцевали, пели, Иннокентий Петрович взял с собой в Мисхор магнитофон и японский транзистор.
Такой маленький-маленький, но все принимает, хоть саму Антарктиду!
— Кто он, этот Иннокентий Петрович?
— Как кто? Человек. Очень положительный. Где работает, не знаю. Жена его Тина — натурщица, манекенщица или как их там называют? В общем, анкету заполнять я их не просила. Ну, сам увидишь: культурные люди, отлично одеваются.
— Что ж, с культурными людьми приятно побеседовать, — сказал Конусов, поднимаясь с кресла. — Пойдем, собирайся.
…Беляшевичи встретили гостей радостно.
— Аа-х, наконец-то! — воскликнул полноватый мужчина с маленькими черными усиками. — Зинаида Васильевна! Это ваш супруг? Рад видеть. Давайте знакомиться. Иннокентий Петрович, или просто Кеша. А это моя жена — Тина.
Хозяйка как можно шире улыбнулась, обнажив все тридцать два зуба, и сказала:
— Проходите в комнату. У нас кое-кто есть…
В полумраке комнаты буйствовал телевизор. Спортивный комментатор пояснял:
— Шайба в зоне! Сейчас ее пробрасывают… нет, вбрасывают.
За столом сидело несколько человек — три женщины и один мужчина. Все три женщины были светловолосы, одинаково причесаны — под копну сена — и одинаково одеты. И вообще они показались Конусову ужасно похожими друг на друга.
— Нина.
— Лина.
— Дина.
Мужчину отрекомендовали Степой, мужем Дины.
— Возьмите вилки! Вооружайтесь! — призвала новых гостей Тина. — Берите, что нравится. Это креветки, это фарш из мидии с рисом, это фрикадельки — как их?
— Фрикадельки в славянском соусе из частиковых рыб, — доложил Кеша, разливая по рюмкам «старку». — Ну что ж, поднимем? Будем!
— Будем! — поддержал Степа и немедленно опрокинул рюмку.
— Сейчас шайбу будут вбрасывать… Нет, ее пробрасывают…
— Слабаки твои торпедовцы, — сказал Кеше Степа. — Такое положение не использовать!
— Посмотрим, посмотрим! — с вызовом ответил Кеша. — Это их новая тактика…
— Вы, мужчины, всё про спорт. Уделите внимание женщинам, — заметила Тина.
— За женщин! — оглушительно воскликнул Кеша, поднимая рюмку. Закусывать он не стал, потому что в игре обозначалась острая ситуация.
— Сейчас шайбу пробрасывают… нет, вбрасывают… Гол!
— Ну что, Степа, убедился? Никуда не годен твой «Спартак».
Комментатор объявил, что второй период хоккейного состязания окончился.
— Теперь можем поговорить, — сказала Тина.
— На днях я простояла целых полтора часа. Хотела достать билет на «Миллионершу», — сообщила Зина. — Но передо мной продали последний…
— Билет? Это так просто! У нашей модельерши администратор театра родственник, — откликнулась то ли Нина, то ли Лина.
— А какие новые модели она подготовила? — спросила то ли Дина, то ли Нина.
— Умопомрачительно! Самый модерн! — с восторгом сказала то ли Лина, то ли Дина. — И, кажется, с выставки будут распродавать…
— Так мы с Игорем хотели достать билеты на «Миллионершу»…
— Билеты? — удивленно спросил Кеша. — Зачем билеты, когда по телевизору всё показывают?
— Сейчас шайбу будут вбрасывать… Нет, пробрасывают.
— Нина, когда, наконец, ты выйдешь замуж?
— Нет подходящего человека, Лина.