Шрифт:
– Вы меня огорчили.
– Я?! – возмутилась она.
– Да, вы. Я прекрасно знаю, что в тот раз, когда я подошел к вашей кассе, это была никакая не соринка в глазу. Я расстроился.
– Не стоит, все уже прошло.
– Что случилось?
– Почему вас это так волнует?
– Потому что у меня вполне могло возникнуть желание пойти и набить морду тому, кто заставил вас грустить. Ненавижу, когда женщинам причиняют боль.
– Кто вам сказал, что это мужчина?
– Почтение, с которым вы к нему относитесь.
– Вы правда хотите, чтобы я вам рассказала, что случилось?
– Нет, мне совершенно плевать, просто хочу поболтать, пока не принесли закуски.
– …
– Разумеется, да!
– Он несколько месяцев пристает ко мне, обещает отомстить, если я ослушаюсь. Однажды пригрозил мне, что в следующий раз возьмет меня силой.
– Простите, что? – Поль едва не поперхнулся пивом.
– У меня нет выбора…
– Вы смеетесь?
– Нет, и он знает, что может меня прижать, потому что у меня нет выбора…
– Что это за история? – сердито спросил Поль.
– Как-то раз, когда я была в уборной, одна коллега взяла у меня из кассы пятьдесят евро. Я видела, как она кладет на место мою сумку. Меня вызвали к управляющему. Он сказал, что может незамедлительно уволить меня за недостачу и что в следующий раз я должна быть с ним полюбезнее.
– Но вы не выдали свою коллегу?
– Так не делается.
– Потому что тогда он набросился бы на нее? – спросил Поль. – А он не предложил вам закрыть недостачу и покончить с делом?
– Вы шутите или что? Слишком хороший повод. Кассиров могут уволить даже за то, что они украли купон на скидку, – знаете, такие обычно прикреплены к кассовому чеку. Если покупателю не нужны эти купоны, мы должны их уничтожать. Если кого-то из нас застукают, что мы оставили купон себе, можно, конечно, предложить заплатить за него один евро восемьдесят центов, но эта сволочь может уволить несчастную. А тут, можете себе представить, пятьдесят евро…
– Но почему вы не вложили в кассу эти деньги, пока никто не заметил, если знали, чем рискуете?
– Потому что у меня их не было.
– В супермаркете есть банкомат.
– Говорю же вам, у меня их не было.
– Да у каждого есть на счету хотя бы пятьдесят евро.
– Ну вот, а это было как раз перед зарплатой.
Тогда Поль выхватил из кармана бумажник, достал из него пятьдесят евро и протянул Жюли. Она сердито глянула на него.
– Берите! – нетерпеливо настаивал Поль, нервно потряхивая купюрой.
– Не может быть и речи!
– Берите, я сказал! Не может быть и речи о том, чтобы это повторилось. Вам надо всего лишь спрятать эти деньги подальше в кошелек и держать там, пока снова не представится случай.
– С чего это вдруг вы даете мне деньги?
– Чтобы доказать вам, что я не хам. Доказательство номер один.
– Ну вот, теперь, когда стало ясно, что я неграмотная и что я ваша любовница, люди могут к тому же подумать, что вы мне за это платите.
– Они могут подумать, что вы моя дочь и я даю вам деньги на карманные расходы.
– Вы правда хотите сойти за моего отца!
– У вас есть доказательства того, что случилось? Это необходимо для экспертов конфликтно-трудовой комиссии.
– Чего?
– Они защищают права наемных служащих. Не оставите же вы все как есть!
– Мне необходима эта работа, я не могу позволить себе потерять ее.
– Невероятно…
– Такова жизнь. Вы что, живете на другой планете или как?
– Нет, но я представить себе не могу, чтобы подобное было возможно.
– И кем же вы работаете в вашем Кендиленде?
– Я занимаюсь аэродинамикой в компании «Бугатти».
– Интересно?
– Захватывает.
– А платят хорошо?
– У меня нет никаких финансовых проблем. Впрочем, моя карьера заканчивается и я собираюсь уйти. Денег хватит.
– Наследство?
– Нет, патент, полученный в самом начале моей трудовой деятельности; нужная идея в нужный момент. Так что нужда мне не грозит.
– Кроме нужды в женщине.
– Я не испытываю нужды в женщине.
– А разве ваша жена не ушла?
– Ушла. И очень вовремя. Я уже не мог ее выносить. Она была очень полезной, но что поделаешь…
– Вот видите, вы настоящий хам, раз говорите о женщине как об удобной вещи. Какое счастье, что у меня нет банковской карточки, иначе я бы позволила себе поступить как феминистка и поколотила бы вас.