– Ну, теперь говори, – с ухмылкой посмотрел на Егора Леон.

– А ты ствол убери.

– Уберу. – Он и пистолет убрал, и в ладоши хлопнул, прежде чем сжать кулаки.

– Что, и один на один будешь?

Леон фыркнул и обернулся к своему дружку, дескать, посмотри, какой наглый и смешной. Но корпус повернул еще и для того, чтобы усилить намеченный удар. Егор понял все правильно, успел уйти в сторону, когда Леон выбросил в него кулак, и в этот раз смог ударить в ответ.

Мощно ударил, на противоходе, но Леон успел повернуть голову. Кулак Егора прошел вскользь, но все равно противник скривился от боли, даже немного поплыл. А Егор ударил снова – не так, правда, сильно, но точно. Леон подался назад, с удивлением глянул на него, сгруппировался и снова пошел в атаку. Его кулак врезался в челюсть Егора, тут же последовал удар в подбородок, но не кулаком, а раскрытой ладонью – сверху вниз, в болевую точку. Когда Егор пошатнулся, Леон удачно провел подсечку, и тот с грохотом упал на спину, но мгновенно вскочил и опять встал в стойку. Леон лишь усмехался, глядя на него.

– А ты чего стоишь? – перевел он взгляд на Беляка.

– Один на один ведь… – исподлобья глядя на него, промямлил тот.

– Ну, давай так… – Леон подал знак, и на Беляка вышел громила с вытянутым, как у носорога, лицом.

Массивный торс, маленькие злые глазки, пудовые кулаки. А Беляк роста чуть выше среднего, и ширина в плечах такая же заурядная. Драться он, конечно, умел и труса никогда не праздновал, но шансов против качка у него, пожалуй, не было. Беляк это и сам понимал, но назад не сдал, поднял руки, собираясь отбить удар.

– Гасила, оставь его, – глядя на него, благодушно сказал Леон.

Громила послушно кивнул, сдал назад.

– Я смотрю, вы нормальные пацаны. – Леон снисходительно усмехнулся и посмотрел на Егора: – «Стрелу» мне забить не побоялся… С Шарикоподшипника, говоришь?

Егор угрюмо кивнул.

– Барахолка у вас там есть, да?

– Ну, есть такое…

Кооперативный рынок в районе появился осенью прошлого года, Егор там никогда не был, но двоюродная сестра только на рынке и одевается. Она могла себе это позволить, а вот родной сестре не до шмоток – пластом лежит со сломанным позвоночником, а мать за ней смотрит. Он деньги зарабатывает, но все на лекарства уходит, на еду, себе ничего не остается. Не до барахолок тут.

– Деньги там крутятся, – отвлек его от невеселых мыслей Леон.

– Ну, не знаю…

– А что ты знаешь? Одеваешься, как черт вокзальный, а хочешь, чтобы Ника с тобой гуляла. Она с таким, как ты, на гектар не сядет…

Егор насупленно молчал, исподлобья глядя на своего врага.

– Хочешь Нику? – ухмыльнулся Леон.

– Ну-у…

– Хочешь!.. Забирай!..

Егор глянул на Леона с опаской, в ожидании подвоха, но тот был сама серьезность. Как оказалось, он действительно не шутил.

Велосипедная цепь больно ударила в предплечье, обмоталась вокруг запястья. А могла и по лицу полоснуть, щеку рассечь. Егор перехватил цепь, резко потянул ее на себя, сближаясь с противником. И ударил сам – шипованным кастетом, в лицо, со всего маху. Парень выпустил цепь, подался назад. Егор рванул за ним, замахиваясь для удара, но тот шарахнулся и со всех ног бросился от него прочь. И остальные побежали.

– Это что, и все? – ухмыльнулся Леон.

Вчера он взял Егора с Беляком в свою команду, а сегодня наехал на барахолку возле шарикоподшипникового завода.

Егору стало немного не по себе, когда он узнал, кто держит барахолку. Лева Куст был известной личностью на районе – первый задира, уголовник и наркоман. И компашка у него такая же, под стать ему. На дискотеке лучше не появляться, если там Куст со своей кодлой. Для него не существовало ни авторитетов, ни просто знакомых – к любому мог придраться. Хорошо, если просто изобьют, случалось, что люди вообще пропадали.

Лева Куст собирался задать жару и Леону. Кочевряжился перед ним, пальцы корячил, слюной брызгал, но стух после первого же удара. И его дружкам не хватило духу для достойного сопротивления. Новорудненские производили серьезное впечатление, и дрались они со знанием дела, потому схватка на пустыре, не успев начаться, сразу же и закончилась.

Разбежался враг, но Егора это как-то не очень радовало. Лева Куст не был его другом, и ни с кем из его людей он не водился, но, тем не менее, все они – шарикоподшипниковские. А Леон думает с презрением не только о них, но и о других пацанах с района, причем у него есть полное основание считать их слабаками. Достаточно вспомнить Лешего, Михая, Чапая, Серого, Яху. Все вчера разбежались, только один Беляк остался. Что это, если не позор на все шарикоподшипниковское племя?..

– Что за дела, Егорыч? – играя желваками, с усмешкой спросил Гасила.

Егор ничего не сказал, только вздохнул.

– Здесь вообще достойные пацаны есть? – презрительно скривился мордастый, знатно накачанный Арнольд.

– А чем тебе эти пацаны не угодили? – Одной рукой Леон похлопал по плечу Егора, а другой – Беляка. – Нормально махались, я видел… Или они уже наши пацаны?

– Ну, может быть, – кивнул Арнольд и благодушно посмотрел на Егора.

Только что кривился, но стоило Леону сказать за него слово, как он уже сама душка. Егора это не удивляло, авторитет Леона не только подавлял чужую волю, но и создавал настроение. Пацаны в рот ему заглядывали, не стесняясь выставлять напоказ свою от него зависимость. Но главарь банды и должен обладать безусловным авторитетом, по-другому просто нельзя.