Являясь частью культуры, питие было тесно связано и с языческими воззрениями. Греческий бог виноградарства и виноделия Дионис, именуемый также Вакхом, был известен римлянам под именем Либера. Существовал особый культ Диониса. В Аттике в его честь проводились празднества, известные как дионисии, ленеи, анфестерии. Служительницы этого культа – менады или вакханки – устраивали массовые оргии, на которых сексуальные сношения сочетались с попойками. Несмотря на то, что у культа Диониса было много достаточно влиятельных противников (Ликург, Пенфей), ему удалось распространиться вплоть до Индии. Древние греки сумели соединить в этом культе два удовольствия: секс и вино – чем и объясняется столь высокая его популярность.

С культом Диониса были связаны и народные сельскохозяйственные гуляния – праздники сбора винограда. Их сюжеты получили широкое распространение в искусстве античности. Изображения праздничных процессий во главе с Дионисом и его свитой из сатиров встречаются вплоть до христианской эпохи.

Употребление алкогольных напитков было распространено и среди славян. Как и в древнем мире, питие у них было связано с религиозными воззрениями. Пиршества проходили, как правило, во время принесения жертв языческим богам. Сложив в жертвенном месте свои дары (животных и растительные продукты), славяне старались умилостивить богов, молясь на пиру о том, чтобы боги благосклонно отнеслись к дарам и приняли их. Они наполняли жертвенную чашу и пускали ее по кругу, произнося при этом заклинания от имени языческих богов или просто поднимая черпала и чаши в их честь [7] .

Питие было связано также с культом умерших. Языческие тризны являлись последним этапом похоронного обряда, состояли из жертвоприношений, военных игр, состязаний, борьбы и поминального пиршества. Впоследствии термин «тризна» стал употребляться и в отношении христианского культа, однако в древней Руси тризна противопоставлялась христианским обычаям. Перед своей смертью «первая христианка» Руси княгиня Ольга «завещала не творить по ней тризны, ибо имела при себе священника, который и похоронил блаженную Ольгу» [8] .

Спиртными напитками древних славян были вино, мед, квас, пиво, березовица. Сложно сказать, какой напиток стал им известен первым. В. Похлебкин относит первые упоминания о вине к IX веку, в то время как известия о меде – к Х [9] . В то же время не вызывает сомнения тот факт, что алкоголь употреблялся славянами и ранее, в VI–VIII веках, когда складывались социальные отношения внутри славянских племен и формировались языческие представления. Можно предположить, что первыми спиртными напитками славян были те из них, которые получались вследствие естественного, или холодного, брожения и не требовали каких-либо специальных действий со стороны человека, то есть наиболее примитивные в технологическом плане. К таким пьянящим напиткам относится березовица пьяная (самопроизвольно забродивший сок березы), мед ставленный (естественно забродивший мед диких пчел с соком ягод) и некоторые другие.

Пиво, тоже хорошо известное на Руси и приготовлявшееся в таких пивных районах, как Новгород, Псков, верхнее Поволжье, появилось, по-видимому, несколько позже, в силу более сложной технологии приготовления. Квас также являлся алкогольным напитком и по способу приготовления (варка) был близок к пиву. Квас обладал достаточно сильным алкогольным воздействием, что позволяло современникам пьяниц именовать квасниками. Да и в современной разговорной речи глагол «квасить» означает употреблять спиртное, в то время как в литературной речи – подвергать кислому брожению.

Учитывая, что первыми занятиями восточных славян были собирательство и бортничество, справедливо предположить, что мед ставленный являлся одним из самых распространенных напитков. Это подтверждает и то значение, которое играли бортные деревья, пока на Руси в XIV веке не появилось пчеловодство. Ценность меда была высока настолько, что нередко бортничество выступало движущей силой колонизации, заставляя славян осваивать новые земли, богатые лесами.

Значение хмельного пития на Руси подчеркивается и в русских былинах. К примеру, в былине об исцелении Ильи Муромца медоставу (ставленному меду) приписаны живительные свойства:

Виноградное вино на Руси было импортным. Его привозили либо торговцы, либо русские князья в качестве дани и военной добычи. В 911 году состоялся поход Олега на Царьград (Константинополь). Византийские цари Леон и Александр запросили мира, и Олег обложил их данью. В договоре отдельно предписывалось византийцам давать прибывшим из Руси торговцам «месячное на шесть месяцев: хлеба, вина, мяса, рыбы, плодов» [11] . Примечательно, что вино в договоре упоминалось на втором месте после хлеба, что говорит о его значении среди продуктов. Помимо употребления во время еды, оно играло роль и при исполнении культа. Откупились вином от рати Владимира Мономаха в 1111 году на Дону и жители половецкого Шаруканю, отдав князю рыбу и вино. Получение вина в качестве дани было одним из основных способов его импорта.