– Что Вам угодно? – услышала Вика.

– Я ищу Монифу.

– Я такого не знаю.

– Это темнокожий молодой мужчина, - пояснила девушка.

– Есть у нас тут один африканец. На втором этаже, как раз над моей квартирой со своей семьёй живёт, - уточнила дама.

Вика в нерешительности поднялась по лестнице и робко позвонила в нужную квартиру. На пороге появилась высокая, худощавая женщина с короткой стрижкой. На ней были изрядно потёртые джинсы и красная мужская рубаха навыпуск.

– Мне нужен Монифа. Он здесь живёт? – спросила Вика.

– Да, он здесь иногда проживает, - подтвердила женщина. – Между прочим, Монифа мой гражданский муж. А Вам он зачем понадобился?

– Я тоже считала себя гражданской женой этого парня и даже родила от него сына. Поэтому я приехала к нему из Кёльна, - робко пояснила Вика.

– Теперь понятно, что за преданный друг у Монифы объявился в этом городе. А я всё удивлялась, какой дурак, кроме меня, способен содержать этого бездельника.

– Что же мне теперь делать и куда деваться на ночь глядя? – растерялась девушка.

– Да ты совсем ребёнок и почти ровесница моей дочери, - вслух размышляла женщина. – Ну что с тобой делать? Ладно, заходи.

В узкой прихожей Вика сняла курточку, попыталась безуспешно примостить её на торчащий в стене единственный крючок, занятый другой одеждой, наклонилась, чтобы снять туфли.

– У нас обувь не снимают, а куртку брось на стул в комнате, - подсказала женщина

Комната была небольшая, вся заставленная старой мебелью. На угловом диване с изрядно потёртой обшивкой блекло-зелёного оттенка сидел темнокожий мальчик лет шести и смотрел мультики.

– Это мой сын Джон, а меня зовут Симона.

– Вика, - представилась девушка.

Ты присаживайся, а я приготовлю кофе, - сказала хозяйка и ушла на кухню.

– Привет, Джон! – обратилась Вика к ребёнку.

– Привет, - откликнулся мальчик, не отрывая взгляда от телевизора.

Вика вытащила из дорожной сумки пакет с шоколадными конфетами, купленными в «русском» магазине для Монифы, и положила угощение на стол. Мальчик с любопытством посмотрел на незнакомую тётю.

– Угощайся, - предложила Вика.

Ребёнок с удовольствием извлёк из пакета горсть конфет и снова уселся перед телевизором. Вскоре появилась Симона, в руках она держала тарелку с бутербродами и кофейник. Вика к еде не притронулась, лишь пригубила чашку с напитком, отдалённо напоминающим кофе.

– Да ты не переживай, перекуси с дороги, - пожалела девушку Симона. – Я сама угодила в сети к этому проходимцу и родила от него двоих детей.

– У вас есть ещё дочь? – удивилась Вика.

– Да, ей семнадцать лет.

– Когда же Монифа успел двумя детьми обзавестись? Он мне говорил, что ему тридцать лет. Да и выглядит он молодо.

– Это значит, что он хорошо сохранился, - усмехнулась Симона. – Ему в следующем году сорок стукнет. А чего ему стареть, если он никогда по-настоящему не работал, да на всём готовом живёт. Много раз я его прогоняла, - продолжила женщина свой грустный рассказ. – Каждый раз он возвращался и просился обратно. Обещал найти работу, но так и шатается без дела.

– Как же он очутился в Кёльне? – поинтересовалась Вика.

– Его соплеменники живут почти во всех немецких городах. Вот он добрался и до твоего города.

– Похоже это так. На городской дискотеке мы с ним познакомились.

– Со мной он познакомился не на танцах, а на улице, - вспомнила Симона. – Ты не думай, что я всегда была такой измождённой и старой. Восемнадцать лет назад я была ещё привлекательной женщиной с пышными белокурыми волосами, - похвасталась она.
– Монифа тогда прибыл в наш город в качестве беженца из Кении. Двух слов он не мог тогда связать по-немецки, кое-как выдавил фразу, спрашивая у меня, как найти какое-то социальное ведомство. До сих пор для меня загадка, чем он сумел меня так увлечь? Скорее всего, своим бойким нравом. Да и внешностью он выделялся: статный, крепкий. Впрочем, чего тебе рассказывать, сама знаешь, - подчеркнула Симона. – Только вот беда, о семье не заботится. Всё тяну на себе.

– Вы, наверное, на социальном пособии живёте?

– Монифе ничего не платят, а мы с детьми на питание и за жильё получаем от социального ведомства, да ещё я прирабатываю - лестницы чужие убираю.

Послышалось звяканье ключа в двери.

– А вот и хозяин пожаловал, - воскликнула Симона.

Когда Монифа зашёл в комнату, то замер от неожиданности.

– Халявщик приехал, - проговорил он нарочито весело, поглядывая на Вику. – Это сестра моего друга, - пояснил он Симоне.