В . А . ХОМУТОВ
ПО ЗВЕРЮ И ПТИЦЕ
Рисунки В.И. Зарубина
Посвящается
ВНУКУ МОЕМУ САШЕ
Старого мельника деда Герасима знало все
село, хотя сам он и редко на селе показывался.
Зайдет в месяц раз в лавку купить махорки или
чая да сахара, а все остальное время сидит у себя на
водяной мельнице, которая стоит верстах в двух от
села, на самой опушке огромного соснового бора.
Любили на эту мельницу ходить деревенские
мальчики, послушать рассказов деда Герасима,
посмотреть, как у плотины вода бьет и серебря-
ными брызгами разбивается в белую пену, да
как во время работы вся мельница ходуном ходит.
Два мальчика лет по 12-ти, Ильюша Изотов
и Костя Кольчугин, особенно часто повадились
ходить к деду на мельницу.
Придут, бывало, и глядят, что дед делает.
Если он на мельнице работает или на пасеке
с пчелами занимается, они его не тревожат,
мимо пройдут. А если видят, что кет у него
спешной работы, они присядут к нему на зава-
ленку, и пойдут тогда рассказы да разговоры.
Ходили как-то Ильюша с Костей в жаркий
летний день в лес по грибы, набрали боровиков
да березовиков и с полными лукошками вышли
к опушке на мельницу.
Глядят, дед Герасим сидит на пороге, ружье
чистит.
Ну, значит, можно с ним поговорить. А гово-
рить с ним интересно: дед Герасим всю жизнь
у реки в лесу прожил, знает про всякое дерево,
как дерево растет; знает про всякого зверя, как
зверь живет.
Подошли Ильюша и Костя к мельнице.
Залаяла на них дедова собака „Рябчик", но сей-
час же их признала и хвостом завиляла.
— Что, ребятки, по грибы ходили?—спросил
Герасим, увидав мальчиков. — А я вот сижу,
ружьишко чищу, хочу побаловаться, на уток
пойти на Карпово озеро, там кряковых выводка
четыре держится.
Мальчики сели около деда, поставили свои
лукошки на траву и стали смотреть на его работу.
— Дедушка Герасим, — спросил Ильюша, —
а что это у тебя — дорогое ружье?
— Какое там дорогое, ему уж годов пятна-
дцать, этому ружью. А только хорошее ружье.
С ним и на мелкую птаху пойти можно и на
медведя оно годится.
— А ты, дедушка, медведей-то не боишься? —
спросил Костя. — Ведь он человека задрать может?
— А чего их бояться? Медведь, он смирный.
Зря не обидит. Только дразнить их не надо,
да матку с медвежатами не пугать, да голодному
медведю не попадаться. Медведь— мирный зверь,
хоть и много беды, иной раз, наделает. Да ведь
всякому кормиться нужно, с голодухи, известно,
всякий остервенеет.
— А ты, дед, сам-то видал медведей?
Дед Герасим только усмехнулся.
— Медведей-то! Да я их, почитай, каждый
год с десяток вижу. И видать их видал, и стре-
лять их стрелял, и в капканы ловил. Только вот
с рогатиной на них не ходил, а видел, как
объездчик Кириллов, покойник, медведя на рога-
тину принимал.
— Дедушка Герасим, расскажи нам про
медведя, — пристали к старику мальчики, — как
он живет, да как на него охотятся.
— Да что же тут рассказывать? Живет, как
и всякий зверь живет. У каждого свой нрав,
свой обычай. Медведь — он одинокий зверь; сам
по себе живет, в стаю или стадо не сбивается.
Иной зверь всю свою жизнь стаей или семей-
ством живет, иной только на время в стаи
сбивается, а иной особняком в лесу хозяйни-
чает, пропитание себе добывает да детей
выращивает. Ведь вот волк, он летом в оди-