Кто вы?- спросил мальчик, но Дамиан его не слышал.

– Как тебя зовут?- осевшим голосом спросил он мальчика.

– Дени,- ответил тот.

– Дени?!
– А сестру, случайно не Элен?

– Да, а откуда вы знаете?- мальчишка был изумлён.

Дени и Элен- бабушка и дедушка Дамиана- он ей рассказывал тогда об их невероятной любви, которую они пронесли через всю свою жизнь, и действительно умерли в один день.

Совершенно шокированный Дамиан бессильно прислонился к косяку двери.

* * * * *

– Что вам здесь надо- не в силах сдерживать злость спросила я. Дамиан выглядел поражённым. Похоже он уже обо всём знает. Но откуда? Кто мог ему рассказать?

Успокойся, Сол,- твердила я себе. Официально - они мои дети, и никакой Дюпре не сможет их у меня забрать. Или сможет?

Паника нарастала, как снежный ком. Услышав голоса в коридоре, Элен выглянула из-за двери.

– Вы кто?- спросила она, подходя ближе.

Глядя прямо в глаза девочке, и опускаясь перед ней на корточки Дюпре серьёзно сказал:

– Я ваш папа.

Глава 7

– Папа???- в один голос вскричали удивлённые дети.

– Ага. Римский!- брякнула я. Ого, мне наконец- таки удалось обратить на себя его внимание. Он обернулся в мою сторону.

– Послушайте вы, как вас там... По какому праву, вы врываетесь в наш дом, и пудрите мозги моим детям ?

– Но ведь это правда!

– Я сейчас вызову полицию, и своей больной фантазией, вы с ними поделитесь уже в участке.

– Сол...

– Сол??? Для вас, я мадемуазель Соланж! Так , дети, идите в комнату, а с этим маньяком, будет разбираться полиция.

В глазах Дюпре плескалось всё пламя ада.

– Отлично!- произнёс он ледяным тоном скрещивая руки на груди, -Полиция- это то, что надо! С их помощью мы проведём анализ ДНК, и, когда в моём отцовстве не останется никаких сомнений, а я уверен и без тестов, что так оно и будет, то вам тогда самой придётся отвечать в полиции, почему вы семь лет скрывали от меня детей.

Кровь отхлынула у меня с лица. Да как он смеет! А вдруг, действительно смеет?

А он тем временем насмешливо глядя на меня, и видимо читая мысли написанные у меня на лице, продолжил:

– Я полагаю, вы любите своих племянников, и не захотите, чтобы вас лишили права видеться с ними?

О, как же я ненавидела его в тот момент. Я осознавала, что он прав, с его деньгами и возможностями он вполне бы смог со мной так поступить. Но я также понимала, что грубостью и криками, я ничего не добьюсь. Нужно воспользоваться его методами. И прислонившись к косяку двери в комнату, в точно такой же позе что и он, скрестив руки на груди я ответила:

– О каких правах вы говорите? Лично вы, своих лишились уже тогда, когда бросили беременную девушку на произвол судьбы. Тогда, когда отказались нести ответственность за неё и детей. И где были ваши права все эти годы, когда я ночей не спала рядом с ними, когда дети болели, и мне просто не на что было покупать им лекарства? А когда им нечего было есть, где были вы, месье? Сказать? Вы прожигали свою никчёмную жизнь в компаниях с такими же никчёмными людьми, и выбрасывали в казино за один лишь вечер столько денег, на которые "ваши", как вы говорите дети могли бы сытно прожить несколько лет.

Я видела на его лице отражения его чувств. Похоже, каждое моё слово ранило его сильнее и сильнее. Сжав зубы, он сверлил меня взглядом.

– Я их не бросал!- наконец сказал он. Я ничего не знал о беременности Надин. Более того, она сама бросила меня написав в письме, что любит другого и собирается за него замуж.

– Какого другого?- в истерике расхохоталась я.
– У неё никого больше не было, не надо мне сказки рассказывать о каких то письмах.

– Но это правда!

– Тогда покажите мне это письмо, или вы избавились от него так же, как и от моей сестры?

– Письмо не со мной. По вашему, я должен был восемь лет носить с собой письмо девушки, которая меня бросила?. Нет, но я его сохранил, оно где-то среди моих бумаг, и я с удовольствием его вам предоставлю.

– Вот- вот, идите, ищите, и без письма не возвращайтесь! А теперь, извините, но эта квартира- моя частная собственность, и вы не имеете права здесь находиться. Всего доброго, месье. Желаю вам удачи в поисках вашего мифического письма...- и с этими словами, я буквально вытолкнула его из квартиры, хлопнув дверью прямо перед его носом.