– Может ты и не будешь играть полную роль отца.
– Осторожно сказал Тэниш.
– Но хоть какие-то части этой роли ты должен выполнять. Гавнер считает Алисию своей матерью. Когда ты станешь ее мужем, ты станешь так же его отчимом. Может ты его и не любишь, но я не думаю, что ты хочешь опозорить его, правильно?

– Опозорить?!
– Крикнул Лартен.
– Я ничего не сделал, чтобы опозорить Гавнера.

– Я не про сегодняшний момент, а про то, когда ты станешь его отцом, по крайней мере в глазах других.
– Быстро сказал Тэниш.
– От тебя будут ждать, что ты будешь иногда ходить в его школу, чтобы смотреть как он играет на спортивном поле или чтобы обсуждать его будущее с учителями. Когда он заведет друзей, их родители захотят ужинать с тобой и Алисией. Все работает именно так. Раньше ты не участвовал в социальном кругу, но теперь ситуация изменилась, и тебе тоже нужно измениться.

– Гавнеру будет хуже, если эти слухи о тебе не прекратятся.
– Прошептал Тэниш.
– Над ним уже и так издеваются в школе. А когда ты станешь его официальным отцом, все ухудшится.

– Я ни разу не слышал, чтобы над Гавнером издевались.
– Прошептал Лартен.

– Он рассказывает мне вещи, которыми не делится с тобой. Гавнеру трудно приспособиться к школе. Люди не доверяют ему, потому что с подозрением относятся к тебе. Если ты не хочешь смотреть как он страдает, тебе нужно срочно изменить свое отношение к нему.

Лартен долго сидел и обдумывал слова друга. Когда вошла Алисия с элем и бутербродами для вечно голодного Тэниша, она увидела лицо Лартена и спросила, все ли хорошо.

– Да.
– С улыбкой ответил тот.
– Тэниш предложил мне стать его партнером по бизнесу.

Алисия посмотрела на него, а Тэниш поднял брови, почувствовав победу. Лартен посмотрел на обоих и сказал: “Я решил согласиться.”

Хотя оба кричали ура и пили за его здоровье, Лартену было не по себе. У него было неприятное ощущение того, что судьба вновь заводит его в тупик.

Глава 8

Управлять казино было гораздо сложнее, чем предполагал Лартен. За крупье нужно было постоянно наблюдать, чтобы они не ограбили казино. Нужно было также следить, чтобы танцовщицы исполняли все движения правильно и были в форме, чтобы все столы были чистыми. Постоянно надо было подкупать важных лиц и купцов.

– Кишками Чарны!
– Воскликнул Лартен.
– Эта работа не подходит для вампира. Давай сожжем все твои казино и отправимся в леса.

Он лишь наполовину шутил.

Тэниш спокойно разбирался с Лартеном. Он всегда умел улучшить любую ситуацию. Когда Лартен сердился, Тэниш либо шутил с ним, либо давал ему другое задание. Он держал друга подальше от некоторых частей своей работы, например, торговли опием. Он знал, что Лартену это не понравится. У Лартена были высокие моральные ценности. Со временем, когда Лартен узнает чуть больше о деле Тэниша и о деньгах, которые он может заработать, эта мораль развеется, и Тэниш сможет вовлечь его в эти вещи. Но сам Тэниш пока что решил притвориться, что в нем осталась хоть капля честности.

Тэниш вовсе не хотел развращать Лартена. Если бы кто-то сказал ему, что он плохо влияет на другого вампира, он бы искренне удивился. Он лишь хотел сблизиться и улучшить их дружбу, чтобы ему не было так одиноко в центре паутины, которую он сплел для себя с тех пор, как покинул клан.

Алисия ничего не знала о темных секретах Тэниша. Она видела лишь его хорошую сторону и то, как он улучшил жизни Лартена и Гавнера. Она не верила слухам о нем точно так же, как не верила слухам о Лартене. Но она заметила, что Лартен не уверен в правильности его выбора, и сказала ему, что он может выйти из партнерства, если того захочет.

– Я буду любить тебя, несмотря на то, чем ты занимаешься.
– Сказала она однажды ночью, когда он вернулся с работы уставшим и сонным.- Ты не должен мне ничего доказывать и не обязан меня поддерживать. Я богатая женщина, помнишь?

У Алисии было много денег, но они мало что потратили из них с тех пор, как Лартен начал ухаживать за ней. Лартен был старомодным и считал, что мужчина должен платить за все. Алисия думала, что это просто смешно, но она уступила ему и оставила свои деньги в банке, тратя лишь то, что он заработал сам.

– Мы уже спорили на эту тему.
– Прошептал Лартен.

– Я знаю. И я думала, что больше мы об этом спорить не будем. Но лучше я достану из банка свои резервы, чем буду видеть как ты каждый день приходишь домой грустным. Я готова потратить каждый франк на своем счете, только бы ты не грустил, дорогой.

Лартен улыбнулся и поцеловал ее.

– Я не грустный.
– Сказал он.
– Я просто в шоке. Я не привык к такой честной работе. Мне просто нужно больше времени, и тогда все будет в порядке.