Я хмыкнул, выпил чай, съел необъяснимо огромное количество тостов и пошел спать.

— Что ты намерен сделать? — спросил Иан, с грохотом поставив на стол свой бокал с пивом.

Мы встретились на следующий день. Мне нужен был его совет.

— Я собираюсь дать Омару номер своего банковского счета.

— Номер счета?! Блестяще! Сначала парящая ложка, теперь это. Две самые идиотские идеи на свете — причем всего за двадцать четыре часа.

Я подумал, что не стоит ему говорить про мой план с гусями, ратующими за мир. За ночь я несколько охладел к этой идее.

— А что, если я не стану давать ему номер своего банковского счета, на котором лежат мои накопления? Что, если я открою новый счет, на который он сможет положить свои миллионы долларов? Я должен ему помочь.

— С какой стати?

— Он очень просит. Бедняге грозит смерть от рук политических недругов его убитого отца, Иан!

— Это мошенничество, Дэн!

— Господи, и ты туда же! — с горечью — ума хватило — произнес я. — Я сталкивался с мошенниками и чую их за милю, мой друг. Если это мошенник, то он чертовски умный.

— Дэнни, разумеется, он мошенник! Про таких ловкачей рассказывают в «Сторожевом псе» [27] , я сам видел. Они рассылают по электронке тысячи посланий и, если ты отвечаешь, знают, что твой адрес настоящий, и тогда буквально забрасывают тебя письмами. Им только и нужен, что один такой человек, как ты, — человек, который говорит «да» вместо того, чтобы категорически сказать «нет»! Они попытаются ободрать тебя, как липку!

— Послушай, мистер Циник. Некогда я был таким же, как ты. Еще совсем недавно. Тогда я точно бы подумал, что это мошенник. Но, избрав тактику согласия, я начал видеть выгоды позитивного мышления. Нужно доверять ближним своим. Смотреть на вещи с оптимизмом. Относиться к людям так, будто они уже твои друзья. И неужели это так уж невероятно, что погибший султан Омана, с которым я никогда не был знаком, отзывался обо мне с такой симпатией, что его сын, опасаясь быть убитым теми же людьми, что погубили его отца, захотел связаться со мной, Дэнни Уоллесом, дабы спасти свои сорок миллионов долларов?

Я надеялся, что Иан поразмыслит над моими словами, но, к моему глубокому разочарованию, он отвечал не раздумывая:

— Конечно, невероятно, идиот!

Порой циники вызывают у меня жалость.

— Он пригласил меня в гости, Иан. Вряд ли он стал бы звать меня в свой дом, если бы планировал ограбить меня до того, как я к нему приеду. В таком случае ужин проходил бы в атмосфере неловкости, ты не находишь? Ему просто нужна моя помощь. Он рассчитывает на мой профессионализм в делах бизнеса.

— Какой еще к черту профессионализм в делах бизнеса? Ты даже степлером не умеешь пользоваться! Он ведет с тобой переговоры по электронке, да?

— Конечно. Омар сейчас прячется. Ему пришлось создать бесплатный ящик для электронной почты, который невозможно отследить. Ну, ты понимаешь, я имею в виду его врагов.

— И он попросил тебя прислать ему номер твоего банковского счета?

— Да. И отвезти деньги в Голландию и передать их деловым партнерам его покойного отца.

— Что еще?

— Дать мой телефон.

— И свой телефон, ты, полагаю, тоже дал, да?

— Иан, такова воля Господа! Как бы то ни было, у меня теперь потрясающее ощущение полной свободы. Мне больше не приходится делать выбор самому. Все решается за меня.

— Послушай... я запрещаю тебе сообщать этому человеку номер твоего счета в банке. Ясно?

— Ты не вправе что-либо мне запрещать! Что ты сделаешь? Пожалуешься моим родителям?

— Если придется.

— Нет, родителям ничего не говори, пожалуйста.

— Эта твоя тактика согласия до добра не доведет, Дэн. Я думал, ты будешь говорить «да» только на предложения посидеть в пабе, ну и, может, на мою просьбу одолжить мне десятку от случая к случаю. А ты вон во что вляпался. Это опасно. Может выйти из-под контроля — такое случается сплошь и рядом, когда переписка ведется по электронке. Тебе повезло, что один только Омар попросил твой номер банковского счета...

Я молчал.

И тут Иана осенило.

— Значит, не один только Омар, да? Боже, Дэнни, нет... Кто еще интересовался номером твоего счета?

Дело в том, что просьбы сообщить номер моего счета в банке я неожиданно получил от множества людей. Видимо, весть о моей готовности помочь Омару, сыну убитого султана Омана, распространилась в королевских кругах.

За несколько дней, миновавших с тех пор, как мы с Омаром впервые обменялись посланиями по электронной почте, ко мне обратились такие люди, как Его светлость шейх Иса Бин Сулман Аль-Халифа, эмир Бахрейна, который, очевидно, слышал обо мне много хорошего и потому захотел, чтобы я управлял его недвижимостью за границей в обмен за долю в капитале $ 120 миллионов.