– Я начну по порядку, но ты меня не перебивай - договорились?

– Угу. Только без сильных заумствований, а то ничего не пойму. Это ты представляешь третье поколение конструкторов и ученых, а я даже в институте не учился, обошелся одним технарем.

– Помнишь, ты удивился, когда я попросил у тебя какую-нибудь известную игрушку, в которую играют многие и многие тысячи людей, и ты дал мне “сталкера”? Так вот эта игра была мне нужна для одной гипотезы, причем, не только моей, - видя, что я собираюсь возмутиться, он повысил голос, продолжая повествование.
– Я ее кратенько перескажу, иначе ничего не поймешь. Есть вероятность, что сильные эмоциональные переживания способны перестраивать ткань мироздания. Так христиане веруют в ад и рай, и эти миры официально существуют. Ведь сотни тысяч сознаний в это верят, создав из ничего эти пространственные новообразования. Наши ученые решили, что такие порождения можно создавать искусственно и проникать в них. Была создана специальная лаборатория, в которую набрали самых лучших ученых, причем таких, которые не имели закостеневшие от догм мозги. Туда вошли и мои родители. Успехи у них пошли лет пятнадцать назад, но тогда было очень тяжелое время и разработки свернули, как бесперспективные. Только недавно их возобновили, но часть наработок была утрачена и повторить опыты не вышло. Мне удалось подслушать разговоры родителей и подсмотреть их записи, что оставались дома. В общем, я сумел сделать то, что пока не получилось у ученых.

С довольным лицом Гришка посмотрел на меня, дожидаясь фанфар и похвал. Пришлось на него вылить ведро холодной воды.

– Я так ничего не понял - общее сознание, рай, ад, ученые. А игра, зачем тебе была нужна? Итог - твоя речь осталась за порогом моего разума.

– Как ты не поймешь?
– удивился приятель.
– Ведь известная игра так же влияет на мироздание. То есть, после тысяч сыгравших и переживших гамму чувств игроков, такой мир возник не только на лазерных носителях. Плюс масса книг, которые пользуются спросом, тоже помогли в этом.

– Значит, по твоим словам выходит, что существует параллельный мир, абсолютно идентичный нашему представлению о мире Чернобыльской Зоны?

– Точно, в самую точку, - вскинулся Гришка.
– Я смогу со своим изобретением стать главой проекта и такое провернуть… Сколько всего было в проектах и мыслях у людей. Идеальные миры, что-то вроде Утопии, потом мечты о космосе и других разумных расах. Те же игры ведь могут стать замечательным подспорьем - природные ресурсы, неизвестные науке элементы, приборы, препараты.

– Стоп, стоп, - выставил я вперед руки, ладонями в сторону приятеля, - свои наполеоновские планы будешь рассказывать потом. Допустим, этот мир существует, но ведь это только теория, на практике же это доказать невозможно. А твои расчеты на компьютерах так ими и останутся.

– А вот и нет, - хитро улыбнулся Гришка и достал из кожаной большой барсетки пару каких-то предметов. Один из предметов оказался непонятный камешек, а вот второй был пистолетом. ПМ, если быть точным. Изрядно поцарапанный, с отскочившим воронением, что местами сталь блестела, но боевой пистолет. Я не один год посещаю тир и разные военно-патриотические собрания, где изучил десятки единиц стрелкового оружия, так что отличить боевое оружие от макета или травматики могу.

– Ты сдурел, - покрутил я пальцем возле виска, - где ты его достал?

– Ты про пистолет? Там же где и это, - протянул мне непонятный камешек приятель. На вид тот очень сильно походил на маленький маринованный огурчик, что лежат в банках на витринах магазинов. Вот только от тех он отличался цветом. Темно коричневый, с мелкими пупырышками красноватого цвета, камень выглядел совершенно чуждо. По крайней мере, ни на что видимое ранее не походил.

– Это что за дрянь? Ты лучше пистолет убери подальше, а то менты загребут за незаконное хранение.

– Ты не понял, - приятель не спеша поднялся, оставив лежать пистолет на диване, и подошел к моим гантелям.
– Смотри.

Гришка занялся совершенно глупым - на мой взгляд - делом, принялся связывать гантели между собою. Нет, я, конечно, понимаю, что шестнадцать килограмм не большой вес, ну так я и тренировал в основном кисти и запястья ими. Между тем приятель ремнем из брюк связал между собою гантели и протянул мне:

– Держи.

– Держу, - ответил, принимая тяжелый груз.
– Что дальше?

– Почувствовал вес? Давай обратно.

Приняв обратно гантели, Гришка подсунул под ремень свой камешек и протянул всю эту конструкцию обратно.

– Блин, Гриша, кончай дурью маяться, что я тебе - клоун, взад вперед гантели тягать, то с булыжником, то без?

– Взвесь сначала эти гантели и скажи, что ты чувствуешь.

Пришлось принять обратно этот груз, и тут я обомлел. Вместо тридцати с лишним кило, у меня сейчас было немногим более двадцати пяти. Непонятно куда-то подевались еще килограмм семь.

– Что за ерунда, Гриш, что за шуточки?

– Это не шуточки, - торжествующе проговорил приятель.
– Это артефакт снизил вес твоих гантелей.

– Какой артефакт? Откуда?
– не понял я.

– Оттуда, - мотнул куда-то в сторону своею головою Григорий.

Проследив взглядом в том направлении, я ничего не понял. В том углу у меня стоял стол с компом, на мониторе которого застыл скриншот из “сталкера”. Через секунду до меня дошло.

– Гриш, только не говори, что ты побывал в том мире и добыл артефакт? Это же просто фантастика. Такого быть не может!