припасы Каланиопу велел им доставлять на борт бесплатно.

И кроме того, гости отвратительно обращались с местными

женщинами. На Гавайях не знали единобрачия, и нравы там

были весьма свободными. Но моряки чинили прямые наси­

лия, а матрос Уильям Наш сознательно заражал женщин

венерической болезнью. Правда, он получил за это две

дюжины плетей, однако на его друзей это наказание не

повлияло.

Кук понял намеки Каланиопу, и 4 февраля корабли

ушли из бухты Кеалакекуа.

Фок-мачта!!! Та самая, которую уже ремонтировали в

бухте Нутка. 8 февраля Кук убедился, что она пришла в

полную негодность. Надо было немедленно ввести корабли

в удобную бухту и переправить на берег мачту.

Но кроме бухты Кеалакекуа, поблизости не было

сколько-нибудь сносных гаваней. «В 10 часов,— писал

лейтенант Кинг, — спустились фордевинд и пошли к бухте

Каракакуа [Кеалакекуа], проклиная и оплакивая нашу фок-

мачту». 11 февраля суда вошли в бухту Кеалакекуа, и два

дня спустя моряки свезли фок-мачту на берег. Островитяне

приняли гостей без энтузиазма. Они успели утратить веру в

новоявленного бога Лоно и уже 13 числа дважды вступали

в драку с пришельцами, причем гости оба раза применяли

огнестрельное оружие.

В дальнейших печальных событиях во многом виновен

был Кук. Три кругосветных плавания расшатали его

нервную систему. В первом и втором плаваниях он сдержи­

вал себя. В третьей экспедиции колоссальная перегрузка

дала себя знать. Мидшипмен Дж. Тревенен писал, что Кук

часто впадал в ярость, причем порой все его тело сводило

судорогами. Тревенен называл такие припадки «хейва»,

поясняя, что «хейва — это такая пляска у островитян

южных морей, которая очень напоминает конвульсии и

прыжки».

В ночь на 14 февраля был украден большой ялик,

который стоял на якоре близ корабля «Дискавери». Капи­

тан Клерк доложил об этом Куку. Глава экспедиции неверо­

ятно разгневался и между семью и восемью часами утра

высадился у селения Кавалоа. Кука сопровождали девять

солдат морской пехоты и их командир лейтенант Филипс.

Кук, обуреваемый яростью, намерен был захватить

Каланиопу, доставить его на «Резолюшн» и там держать до

тех пор, пока не будет возвращен ялик.

Чтобы ни одно каноэ не смогло выйти из бухты,

капитан Клерк послал две шлюпки — одну к селению Кава­

лоа и другую в южную часть гавани.

В описании дальнейших событий царит полный разно­

бой. В рапорте их единственного очевидца — англичанина

лейтенанта Филипса нет ясности, а другие участники экспе­

диции изображали то, что произошло в Кавалоа, каждый на

свой лад.

Но были очевидцы-гавайцы. В 1825 году русский

мореплаватель О. Е. Коцебу внес в свой дневник любо­

пытные показания старого островитянина Калемаку, кото­

рый воочию видел, при каких обстоятельствах погиб Кук.

А дело происходило так. С отрядом морской пехоты

Кук явился к Каланиопу и потребовал, чтобы этот вождь

под конвоем отправился на корабль. Каланиопу безропотно

подчинился Куку и пошел к шлюпке. По пути он встретил

одну старуху и каких-то вождей, и все они стали уговари­

вать Каланиопу не подчиняться приказу Кука. «Капитан, —

писал Кинг, — все еще нетерпеливо желающий осуще­

ствить свое намерение, предпринял все возможное, чтобы

заставить этих людей уступить ему».

Кинг не говорит, что же предпринял в этом положении

Кук. О. Е. Коцебу со слов Калемаку указывал, что Кук

схватил Каланиопу за руку, желая увести его с собой.

Памятуя о том, что в третьем плавании Кук быстро терял

над собой власть, можно предположить, что Кук применил

меры физического воздействия. Калемаку говорил, что

незадолго до этой сцены из шлюпок, которые патрулиро­

вали бухту, была открыта стрельба по нескольким каноэ.

Раненный выстрелом из мушкета островитянин прибежал к