объяснен действующими в настоящее время факторами.

Эту связанность географии растений не только с пространством,

но со временем, Гумбольдт резко подчеркивал, устанавливая тесный

контакт с геологией и палеонтологией. Мы находим в его работах

данные об общности флор Восточной Азии и тихоокеанской части

Северной Америки, Южной Америки и Австралии, о непонятности

нахождения одних и тех же видов в северном и южном .полушариях;

соображения об ином распределении климатических условий в

прежнее время, обусловившем распространение южных форм в пределы

современной Арктики, устанавливаемое на основании

палеоботанических находок, получившие подтверждение в значительно позже

опубликованных работах Геера; предположения о существовании

исходных центров происхождения растительных видов, установление

которых затруднено вследствие их дальнейших передвижений, и,

наконец, о факторах—ветер, вода, животные,

человек,—обусловивших возможность этих перемещений. Таким образом, в этих мыслях

были поставлены наиболее трудные вопросы исторической

географии растений, окончательным разрешением которых мы и

сейчас, через 130 лет, не можем еще похвалиться.

Отграничивши таким образом ту часть растений, географическое

распространение которых не может быть доказано современными

наблюдениями, Гумбольдт занялся изучением климатических факторов,

определяющих распределение остальной массы растительности. Из

числа последних был выдвинут в первую очередь температурный

фактор и установлено, что не крайние температуры определяют

распределение растений, а средние, и продолжительность их действия на

растения. Температурные изменения в Андах дали ключ к

пониманию распределения растительных областей от экватора и до

полярных широт. Вместе с тем на основании точных барометрических

определений вертикальных границ распространения растений, была дана

картина изменений видового состава растительности в зависимости

от влияния высоты над уровнем моря. Эти же исследования привели

его к установлению растительных поясов в Андах, горах Мексики

ж на Тенерифе, графически представленных им в чрезвычайно инте-

ресных и показательных схемах, одна из которых публикуется ниже.

В поясе пальм и бананов (1000 м над уровнем моря) два чрезвычайно

важных исключения были установлены Гумбольдтом: нахождение

пальмы Ceroxylon andicola между 1 646—2 740 м в поясе дубов и

орешника и геликонии (из сем. банановых), образовавшей на высоте

2000 м почти непроницаемые заросли, могущие служить важным

предостережением при определении температурных условий

обитания ископаемой растительности на основании их видового состава.

Хотя Гумбольдт подверг исследованию только один

климатический фактор—температурные условия и их изменения соответственно

высоте места, остальных же, как-то влажности, интенсивности света

и др., а также почвенных условий коснулся лишь вскользь, тем не

менее в его работах мы имеем прочно заложенное и научно

обоснованное начало экологической географии растений. Здесь