– Правда? Ну ладно, тогда как-нибудь в другой раз.

– Егор, поверь, я не очень хороший компаньон, поэтому ты не много теряешь, - улыбнулась я виновато.
– Позови кого-нибудь другого, я уверена, что никто не откажется.

Он лишь с грустью кивнул мне и пропустил вперед.

– Кажется, кого-то позвали на свидание?! - подсев ко мне, как только я вошла в кабинет геометрии, восторженно просияла Карина.

К счастью, Денис где-то задерживался.

– Боже, ты была права, - несчастно призналась я в своё оправдание, стараясь не смотреть в сторону Егора.
– Он предложил мне сегодня пойти с ним в кино, но слава Богу, у меня репетитор по литературе, и ничего не получится.

– А ты ещё мне не верила! А он тебе совсем-совсем не нравится?

– Карин! Мне сейчас не до свиданий и не до отношений. И он какой-то уж слишком напористый.

– Или решительный. А я бы на твоем месте присмотрелась к Егору. Он хороший, тем более ведь никто не заставляет тебя с ним встречаться, можно быть просто друзьями.

– Слушай, а что это вы с Викой так эмоционально обсуждали у выхода?
– поспешила я сменить тему.

– Не поверишь, но мы обсуждали платья, - рассмеялась Карина.
– На выпускной. Вика убеждала, что мне подойдет что-то в стиле хиппи, хотя сама она намерена прийти в брюках и какой-нибудь необычной блузке. А насчет тебя - мы подумываем, что тебе очень подойдет платье какого-то бирюзового оттенка. Это будет очень нежно смотреться с цветом твоей кожи и волос.

– Карин, я даже ещё не заглядывала так далеко. Мне кажется, что до этого выпускного, как до Аляски. Но...думаешь, мне действительно пойдет яркое платье?

– Даже не сомневайся! Это будет невероятно женственно. Я уже даже сейчас вижу, как это будет! И обязательно высокие каблуки.

– О Боже!
– простонала я, прыснув от смеха - Я надевала каблуки единственный раз в жизни, на выпускной в девятом классе, и то чуть не убилась. А если на мне ещё при этом будет привлекающее внимание платье, то боюсь, что всё закончится сценой из фильма "Двое: я и моя тень", когда у той блондинки прямо на свадьбе оторвался подол.

– Анжел, вот чтобы избежать такого, за месяц до выпускного я буду каждый вечер мучить тебя, заставляя ходить по дому на каблуках.

– Ты хочешь, чтобы наши соседи снизу написали на нас жалобу?

– Анжел!

Мы ещё несколько минут спорили по поводу нарядов, но раздался звонок и разогнал всех по своим местам.

Начался урок геометрии, но Денис в классе так и не появился. Я смотрела на часы, но чем дальше двигались стрелки, тем было понятнее, что он уже не вернется. Это не на шутку удивило меня, потому что при всей своей отстраненности и независимости Денис не был похож на человека, который бы за два месяца до экзаменов начал прогуливать уроки. Я твердила себе, что мало ли, какие у него были в голове мысли, судя по всему, этот парень был крайне непредсказуемым человеком. Он вполне мог просто взять и пойти домой, решив, что на сегодня для него учебный день закончен.

После уроков, на которые Денис так и не вернулся, мы с Кариной наведались ненадолго к Вике и лишь оттуда направились домой. Но и дома тоже не пришлось особенно задержаться, поскольку мне нужно было к репетитору, а Карина, как и обещала Косте, взяла тетрадь со своими наработками текста и отправилась к нему в гости.

(Карина)

Когда я позвонила в родную мне квартиру, где я до переезда Анжелы и тёти Нади проводила чуть ли не столько же времени, сколько в собственном доме, Костя тепло и радостно встретил меня с большой круглой сковородой в руках.

– Чем это ты занимаешься?
– рассмеялась я, разуваясь.
– Неужели готовишь?

– Куда деваться, девушки ведь у нас нет, которая бы приготовила ужин. Так что сегодня моя очередь поварежничать, и парни, как назло, заказали жареное мясо с картошкой, - Костя страдальчески закатил глаза, закрывая за мной дверь.

– А я тебе на что? Давай я приготовлю? Ты не против?

– Против? Ты не представляешь, как спасешь меня!
– воскликнул он, помогая снять мне пальто. Внезапно я ощутила этот до боли знакомый и ни с чем не сравнимый сладковато-свежий запах своего друга, который всегда напоминал мне детство, и крепко-крепко прижалась к его широкой груди, роднее которой у меня ничего не было.
– Значит, сначала готовка, а потом песня или наоборот?

– А давай совместим?
– отстранившись от него, произнесла я.
– Я начну готовить, а ты пока почитаешь то, что я набросала? Только мне бы переодеться, Кость. Моя белая футболка и шорты ведь остались у тебя?

– Да, но только Антон как-то собрался мыть полы и пустил всё на тряпки, так что могу предложить тебе свой гардероб.

– Кость!
– прыснула я от смеха.
– Чего ты мне тут впариваешь?

– Ладно, ладно! Я постирал их и положил на самую дальнюю полку, чтобы с ними никто так жестко не обошелся. Кстати, ты очень классно выглядишь! Такая леди.

– Поверь, не хуже тебя, - улыбнулась я, достав из сумки пухлую тетрадь.

– О да, в своих черных джинсах и белой майке я настоящая леди! Так ладно, Карин, ты располагайся пока, переодевайся, а я помою картошку. Уж это-то я могу сделать сам.

– Смотри только не ошпарься, - бросила по-доброму я, проходя в комнату, с которой у меня были связаны тысячи воспоминаний.

Квартира, которую снимали Костя с Антоном и Игорем, состояла из двух комнат: одна из них являлась залом, а другая поменьше - спальней. В зале располагалось два небольших темных дивана, уголок для гитар, пианино Антона, старый высокий шкаф со множеством самых различных по жанру и размеру книг, журнальный столик, заваленный обычно различными текстами, дисками и нотами, на стене висел среднего размера плазменный телевизор, под которым стояли две массивные колонки, подключенные к компьютеру, а также все стены, покрытые черно-белыми обоями, были завешаны плакатами разных групп, но в основном на них были изображены суровые парни в масках из "Slipknot".