Шрифт:
– Вы ведь лично причастны к его смерти, верно?
– Не совсем, но произошло это на моих глазах. Вполне возможно, Тора включила меня в список виновных.
Инспектор задумался.
– Ведь эта искусственная чума – террористический акт, предпринятый с определенной целью.
Джейк кивнул.
– Пока еще не выдвинуто никаких требований, но тэк-лорды не дадут лекарства, пока все страны мира не прекратят свою борьбу с тэком, – сказал он. – Они заразят чумой и другие города, по всему земному шару, и так – пока не получат требуемого.
– Их надо остановить.
– Конечно же, над этим, работаю не я один, – сказал Джейк. – Но я хочу попытаться лично найти Честертона и вакцину.
– Хорошо. – Инспектор Хачимицу встал. – Можете оставаться в Киото, но я бы хотел, чтобы вы находились в постоянном контакте со мной.
– Спасибо. Обязательно.
Полицейский протянул Джейку руку.
– Позвольте подчеркнуть, что меня убедили совсем не ваши угрозы. Меня убедила ваша логика.
– Я решил испытать и то и другое, – ухмыльнулся Джейк, пожимая руку Хачимицу. – Обычно либо первое, либо второе, но что-нибудь срабатывает.
Глава 32
Направляющийся к видеофону Джейк замедлил шаг.
– Кому это ты махала?
Бет, стоявшая рядом с широкими стеклянными дверями гостиной, повернулась.
– Мак-Квори уже занял пост. Спрятался в кустах.
– Вот это я понимаю, преданность делу.
Отель стоял на берегу реки Камо. Сквозь легкую полуденную дымку за окнами виднелся большой, лежащий уступами сад.
– Я тут думаю об одном аспекте, который хотелось бы исследовать, – сказала Бет.
– Да? Так что же это?
– Если Честертона так и доставили сюда в состоянии анабиоза, для его оживления должно было потребоваться специальное оборудование. И довольно-таки необычные медикаменты.
– И если кто-либо в этих местах заказывал такие вещи, он, скорее всего, связан с Торой Хокори.
– Трудно, конечно, надеяться тут на успех – они должны были очень осторожно добывать все необходимое, – вздохнула Бет. – Я знаю одного доцента из Киотского технологического. Он позволит мне воспользоваться их компьютерным центром.
– Мне начинает казаться, что у тебя есть знакомые чуть не в каждом уголке Земли.
– Вообще-то, я и вправду очень общительная девушка, – улыбнулась Бет. – Джейк, это просто коллега, а не бывший любовник.
– А что, в моем голосе звучала ревность?
Этого Джейк так и не узнал – в тот же момент загудел видеофон.
Он поспешил к аппарату.
– Да?
На экране появилась худенькая, маленькая японка лет тридцати.
Она смущенно улыбалась.
– Пожалуйста, мистера Кардигана.
– Это я.
– Я – Иошико Киру, – сказала японка мягким и нежным голосом. – Я была партнером Нормана Итоко. Мне хотелось бы с вами поговорить.
– Да, конечно. Я как раз собирался позвонить в ваше детективное агентство.
– Мы могли бы увидеться в чайном домике «Золотой павильон», через час. Вас это не затруднит?
– Ни в коем случае. Я приеду.
Рассказав Джейку, как добраться до «Золотого павильона», она попрощалась.
Джейк набрал номер агентства «Сенуку».
– «Сенуку». Чем можем быть полезны?
На экране появился белый эмалированный робот в красном кимоно.
– Работает ли у вас Иошико Киру?
Три секунды прошло в молчании.
– Сэр, я только что проверил списки личного состава. Нет, не работает. Может быть, вам нужен кто-либо другой?
– Нет, спасибо.
Джейк выключил аппарат.
Бет подошла и встала у него за спиной.
– Так что, она не работает в агентстве?
– Нет, не работает.
– И что ты собираешься делать?
Джейк ухмыльнулся.
– Как что? Выпить с ней чаю.
Чайный домик занимал двухъярусную позолоченную пагоду, выстроенную посреди небольшой поляны и окруженную высокими соснами. К ее входу вели деревянные мостики, по обеим сторонам окаймленные сложными извилистыми узорами, выложенными из белых камешков.
В тот самый момент, как Джейк подошел к «Золотому павильону», внутри домика послышался громкий страдальческий крик.
Раздался звон бьющейся посуды, упал стул, а затем из двери спиной вперед вылетел крупный японец. По пути этот неожиданный персонаж врезался в подвешенные над дверью колокольчики, и они нестройно звякнули. Обо что-то споткнувшись, человек развернулся, пошатываясь проковылял мимо Джейка, оступился с деревянных мостков и упал на колени на гравий.