Возвращаясь с чаем, он увидел ту девушку с красивыми глазами, оказалось, что он сразу не заметил её потому, что она ехала неподалёку на боковом месте и что-то читала. Аккуратная поза и осанка её придавали вид студентки из ВУЗа. Хохот и веселье лились со всех сторон, будто в вагоне шла массовая попойка. Где-то слышался звук гитары с завыванием пьяного голоса… Эта девушка явно не вписывалась в общую картину вакханалии, впрочем, как и он. Микола решил передохнуть и присел рядом, тяжело вдыхая и выдыхая выхлоп перегара.

– Скоро доедем, друже, и на работу как на праздник…, – пытался шутить Микола.

– Слушай, Микола, а что за девушка там сидит в одиночестве, она же с вами едет?

– Да, мы все с Западной Украины и идем вместе, но ты забудь. Она сама себе на уме. 25 рокив, а ещё не замужем. Те из нашей компании девушки – жёны наших хлопцев, а две незамужние нашли себе женихов из земляков. Все по парам, а она неприкаянная, никого не допускает до себя, хочет старой девой остаться, так это её дело. Не трать время, она фантазёрка, что ждёт своего принца…

– А как её зовут? – спросил Мурад.

На эти слова Микола среагировал нервно, снова подчёркивая неумело свою важность. Мурад не вложил в эти слова серьёзности, и, возможно, заметив это, Микола безразлично ответил:

– Мария её зовут, из Подбужа она, тут есть с её миста несколько хлопцев, говорят она и у себя на селе ни за кого не захотела замуж. Смотри наши дивчины воспитанные, у нас строго с этим.

Мурад узнал, что ему было нужно, и был благодарен этому пьяному хохлу за его слова.

– Такая ладно сложенная с яркой внешностью, а одна. Всё нелогично как-то.

Почему-то Мурад обрадовался новостям, что она не замужем. Ему понравилось то, как она себя ведёт, как на луч света поглядывал он на неё и порадовался, что есть индивидуальности среди массы.

Длинные сцепы составов заслоняли обзор вида из окон вагонов. Пассажиры оживлённо собирались к высадке. Эти перемены в обзоре вида на окружающий мир из окон показывали, что пассажирский поезд прибывает к пункту своего назначения. Вереницы сцепленных платформ и грузовых вагонов были в основном нагружены лесом и стройматериалами. Брёвна кругляка, сложенные в пачки, принимали упорядоченную форму.

– У нас такого леса нет, ровные многометровые стволы идеальны для строительства. Говорят, от короткого лета и дефицита солнца деревья в лесу становятся стройными с вытянутыми ровными стволами. Удивительное явление природы: крайний Север среди болот, а лес идеальный для строительства. Вот бы себе построить дом, свой собственный дом, – сердце обдало теплом от этой мысли.

Мурад не мог противостоять своим размышлениям, объёмы поражали воображение. Великая страна, сколько движения и новизны. Пребывание в новом этом ритме потворствовало позитивному настрою…

Неожиданно обзор открылся, и состав пассажирского поезда продолжил движение по железнодорожному мосту, состоящему из металлических опор, напоминающих огромный каркас из металла, нависающий над широкой рекой.

– Этот мост соединяет два берега реки. Город располагается на берегах Северной Двины и тянется на километры, – констатировал протрезвевший сосед Микола, заметив интерес Мурада.

Внизу под мостом и по всей глади реки передвигались баржи и маленькие судёнышки.

– Видишь, там слева от моста большие суда у причала? Это порт города, и говорят, что по ночам мост разводят для их прохода, – со знанием объяснял Микола, взяв на себя функции гида.

– А куда вы направитесь по прибытии? – поинтересовался Мурад у своего соседа.

– На биржу труда и с завтрашнего дня на работу, – ответил Микола, – идём с нами, всё равно всем приезжающим нужно сначала оформление на работу и проживание.

Мурад был благодарен такому проявлению внимания к себе за чёткое объяснение обстановки. Очевидно, Микола знал хорошо изначальные трудности и искренне помог Мураду, объяснив то, что особенно интересовало его сейчас. Мурад заметил, что здесь Микола и его земляки из Западной Украины говорят только по-русски.

– Куда делась их бравада и акцентирование на свою особенность? – подумал он.

Микола будто понял его ход мыслей и произнёс по-русски без акцента:

– Пойдём на выход, мы прибыли, здесь нет национальных привилегий – большая советская стройка, и проявляться нам надо в труде. Всем нет дела, кто ты и где родился. Смотрят, как ты работаешь, и из этого складывается к тебе отношение товарищей на производстве.

Механизм трудоустройства прибывших работников был отлажен: выдали спецодежду, накормили, обеспечили талонами на питание в течение трёх месяцев. Расселили всех по общежитиям-баракам, Мураду не задавали дотошных вопросов.