“Впереди… должен быть… поворот!” — думала я поспешно, забывая дышать правильно, хотя тут уже никак правильность не восстановишь… Блин, да где же этот поворот в коридор.

Ещё пару шагов и пот заструился по моему лбу, достигая тонкими струйками носа и и подбородка. Лицо покрывалось капельками неприятной воды.

“Всё… я… больше… фух… не… мо…гу…” — Коридор закружился перед моими глазами, а я перестала ориентироваться в пространстве. Наткнулась на какого-то младшекурника, вдвое выше меня. Протолкнулась сквозь ещё каких-то учеников этой огроменной Академии.

Глаза медленно застилала мгла, такая черная и беспросветная, что зашумело в ушах.

Кто-то что-то сказал, но мои уши не восприняли ничего, кроме гадкого голоса моей первой любви.

Но одно слово смогло пробиться сквозь пелену и шум:

— … догнал… — Я провалилась во мглу.

Глава 20

Я чуть не открыла глаза от того, что меня кто-то бесцеремонно тормошил и больно бил по лицу.

— Элл, да приди ты уже в себя! — голос Майра слышался мне таким нежным и заботливым, что я приулыбнулась, уголки губ, дрожа, поползли вверх, наслаждаясь заботой.

Нет, видимо мне лишь показалось:

— Элл, хватит притворяться! Я же вижу, что ты улыбаешься! — нагло заверил меня парень, но глаза я открывать не спешила, было так интересно узнать, что же предпримет Майр.

— Ну всё, любимая, ты напросилась! — Я расстаяла от этого слова “любимая”, сказанного с таким необъятным желанием того, кто по праву занял моё сердце. Так приятно. Улыбка моя сейчас, кажется, напоминает оскал чеширского кота, но так оно и есть.

Глаза я открывать боялась, очень. Ведь неизвестно, что ещё выкинет парень.

Но ничего не происходило, а я, приоткрыв правый глаз, так и застыла. Как я могла не почувствовать горячее и обжигающее дыхание того, кто двух сантиметрах от меня просто смотрел на мои губы и усмехался. К горлу мгновенно подступила тошнота из-за слишком специфических духов человека, нависшего надо мной. Нервно пропустила кислоту обратно по горлу.

“Император Суалим, я прошу, хоть бы это всё оказалось просто дурным сном, хоть бы…”

Мои губы, шептавшие молитву, накрыл в поцелуе Майр. Рука парня скользила по моему боку, крепко прижимая к себе, вторая зарылась в мои смолянные волосы, придвигается голову все ближе к его губам, напрочь лишая возможности убежать.

— Элл, прошу — его тихий-тихий, слышный лишь для меня, стон выбил из меня всю волю и я ответила на этот сжигающий поцелуй.

Неосознанно, мои руки обхватили тело Майра, прижимая меня к нему изо всех сил. Менясжали в ответ, ни на минуту не прекращяя поцелуй, полный бесжалостной страсти, сжигающей моё тело изнутри.

Было все равно, сколько прошло время, не было слышно ни звонка, ни гомона окружающих, я слышала лишь учащенный стук его сердца и частое, неравномерное, дыхание моего… любимого… желанного… но…

Единственное “но” заставило мгновенно прийти в себя, осознавая все, что происходит. На глаза навернулись слёзы, покрывая все мутной пеленой серого ментолового дыма. Как больно… опять…

Парень заметив, что я больше не отвечаю на его поцелуй, медленно провел цепочку мелких поцелуев, от которых по коже у меня расползлись мурашки.

“Нет, пора это прекращять! Но как?” — решение пришло само по себе. Медленно и тихо прошептала “Майр”. Наверное, со стороны это выглядело глупым, но другого пути я не нашла.

Парень оторвался от моей кожи, мутным взглядом посмотрел в мои глаза.

Нет, больше я не таяла, вода не может растаять, я медленно испарялась.

Майр усмехнулся, нагло, по-собственнически. И это подобие улыбки взбесило покруче всего остального.

Размахнувшись, я изо всех сил ударила Майра по лицу ладонью.

Глава 21

Лицо моего… эм, нет, бывшим его назвать сложно, вытянулось, одновременно скривившись от боли, а его щека медленно, но верно наливалась красным цветом, оставляя видимый след от моей ладони.

Так ему! А может зря я погорячилась и он вправду любит меня?

Майр зло сверкнул глазами в меня, но сразу же усмехнулся:

— Элл, низко падаешь, ты сначала бей, а потом целуй, пытаясь принести извинения, а не наоборот! — Ухмыляется, зараза бессердечная. Зло заскрипели мои белые, но острые зубы.

— Да пошёл ты… — мой голос сорвался на крик, возвращаясь эхом обратно. Коридор пустовал, следовательно стесняться в выражениях бессмысленно. Бровь Майора полезла на его лобную часть головы, а звезды ней и вторая. Пресекая все попытки остановить меня, встала, лишь легко коснувшись рукой мраморного пола. Полностью выпрямившись, гордо вскинула подбородок, посмотрела в уже проясняющиеся после поцелуя, полного страсти, глаза парня и добавила. — Чтоб тебе империя 691 раем показалась!