Шрифт:
Поупиравшись немного, дамы согласились. Им помогли снять платья, под которыми были надеты корсеты и панталоны до колен, на завязочках. В таком виде дам усадили в сёдла; было не трудно их убедить, что для безопасности ноги следует привязать к стременам, а руки – за шею лошади. На глаза, чтоб было не страшно скакать, им надели широкие повязки.
Пьяная мадам Рифеншталь, появившись за кулисами, стала решительно требовать лошадь и для себя. Директор Марио и Фрэнк переглянулись...
– У вас ещё лошадь есть? – спросил Фрэнк.
– Есть, конечно... – зашептал ему на ухо синьор Марио. – Но ведь это же дама!.. А если потом скандал?
– Вы же видите, как она рвётся... Пусть прокатится, чёрт с ней!.. Скажем, что сама этого требовала...
– Где мой красавец-жокей? – веселилась уже разоблаченная мадам Рифеншталь, которую усаживали в седло. – Мне самого-самого!..
Когда всё было готово, из-за занавесей на арену вышел сам директор цирка во фраке и белоснежной манишке и торжественно провозгласил:
< image l:href="#"/>– Мадам-мёсье, почтеннейшая публика! А сейчас - закрытое представление! Впечатлительных дам и детей прошу покинуть помещение! – закончил он дежурной шуткой, и махнул рукой.
Грянула музыка, и конюхи, усмехаясь в усы, стали выводить лошадей на арену.
Зрелище было не из слабых! Дамочки на лошадях, ничего не видя, крутили головами, не понимая, почему в зале раздался вдруг такой хохот... Хохот стал только громче! Дело же было в том, что позади дам сидели молодые жокеи, причём голые!
Сделав первый круг, жокеи, по команде, развязали завязки на дамских панталонах и спустили их. Дамы закрутились и завопили, пытаясь сопротивляться, но оказались надёжно привязанными к лошадям. Аппетитные дамские зады явились почтеннейшей публике, голые молодцы приникли к ним всем телом, и... Под музыку и вопли дам весёлое представление началось.
Лошади шли по кругу, дамочки крутились и визжали, крепкие парни-жокеи, держа их за округлости, от души им засаживали, а конюхи, смеясь, тянули лошадей под узцы, всё ускоряя ход.
– Чёрт побери, Элен! – промолвила, наконец, ошарашенная маркиза. – Такого я ещё не видела...
– Ещё бы!.. – отвечала, покрывшаяся красными пятнами, мадам Дюмон. – Вы только посмотрите на эту Рифеншталь... Ха-ха! Ну и рожа...
– Сама напросилась... Вот дура ё...! – просторечно выразилась маркиза. – Вот тебе и горячий жеребец... Однако, это зрелище слишком... волнительно.
– Для меня тоже, - говорила Элен, закусывая губу. – Я не выдержу...
Молодые конюхи, сидевшие за спинами дам, в это время разошлись не на шутку, лошади под ними шли уже резвой рысью, а дамочки, покрикивая, скакали на своих жокеях, как заведённые. Мадам Рифеншталь, запрокинув голову, подпрыгивала в седле, вопя от наслаждения. Бриллиантовые подвески в её ушах так и прыгали.
Наконец, представление под громкие дамские крики завершилось ко всеобщему удовлетворению, и конюхи повели лошадей, на которых висели обессиленные дамы с голыми задами, за кулисы.
Мужчины проводили их хохотом и аплодисментами. Пожилой мистер Джейкоб отёр с лысины пот.
– Да уж, господа! Представление, так представление... – поражённо сказал он. – Вы видели такое прежде, мёсье Пьер?.. Интересно, что скажут нам эти дамы, когда оденутся? – он захохотал.
– Девушки-то ладно... – мёсье Леон, смеясь, округлил глаза от притворного ужаса. – Но там была и мадам Рифеншталь!
– Фрэнк, где вы нашли этого пройдоху-директора? – смеялся мёсье Пьер. – Да на таких представлениях можно озолотиться!.. Тут и сами зрительницы выступают... не хуже акробаток! Ха-ха-ха!!
– Господа, вы же понимаете, - говорил Фрэнк, - что представление это чисто приватное. Естественно, и цены... Прошу вас, господа, никому ни слова. Пронюхают журналисты, не дай бог. А тут сама мадам Рифеншталь... выступала...
Мистер Джейкоб от смеха рухнул на стул и хохотал, пока его не схватила колика.
– Жаль, я не привёл свою старушку-супругу... – сказал, отсмеявшись, мистер Джейкоб.
– Она бы тоже прокатилась? – спросил Пьер, на что последовал новый взрыв хохота.
Фрэнк же был удручён:
– Ещё до полиции дойдёт... Я прошу вас, господа – никому!..
– Не беспокойтесь, дорогой Фрэнк – разве мы не понимаем? – поднялся мистер Джейкоб. – Ведите-ка лучше нас знакомиться с гимнастками. Там была у них одна такая... – он мечтательно причмокнул и седой хохолок на его лысине качнулся. – Ух-х!..