Молодые супруги были в центре внимания гостей. Костас, приглашенный Заурбеком, уже израсходовал на них целую кассету фотопленки, и теперь продолжал съемки, запечатлевая, как он говорил, для потомства других участников новоселья.

Азамат, курсант военного училища, в новенькой форме, был с медалью на груди. Его наградили по представлению Сан Саныча «За смелые и мужественные действия при задержании особо опасных преступников». Самого Сан Саныча у Пикаевых не было. Он жил и работал уже в другой республике. В судьбе военных такие перемены — обычное явление.

Гиви, уже в звании майора, сидел рядом с Леночкой — красивой женой Пащенко, и что-то горячо говорил ей, подчеркнуто откровенно поедая ее глазами.

Заурбек о чем-то говорил с Николаевым. После окончания стажировки лейтенант упросил кадровиков в Москве оставить его служить в Осетии, и теперь он работал под непосредственным началом Пикаева.

Алешин хлопотал на кухне, помогая Залине и ее маме в приготовлении блюд. Тамик, как всегда, устроился на коленях у дяди Саши.

С минуты на минуту ждали приезда Золотова. Возвращаясь в Москву из командировки, полковник специально заехал в Орджоникидзе, чтобы повидаться с Пащенко, Пикаевым, Азаматом…

Всякий раз, заходя из кухни в комнату, Залина окидывала ее сияющим взглядом. Ей все никак не верилось, что это их квартира, их дом…

Наконец Володя торжественно поставил на стол широкое блюдо с зажаренным индюком. Он оказался таким большим, что не помещался в духовке, и поэтому пришлось делить его на две части и по частям зажаривать. Скоро на столе появились олибахи — осетинские пироги с сыром, фыдчины — пироги с мясом, цахараджинта — пироги с сыром и листьями бурака, цахдон — острая приправа…

Золотов подоспел в самый раз, когда настала пора разрезать пироги. Полковник знал уже, как это делается и почему по радостным поводам на осетинский стол выставляется именно три пирога. Ему и поручили разрезать пироги.

С Иваном Яковлевичем пришло еще человек шесть — друзей Пикаева и Пащенко по работе. Быстро поставили второй стол, предусмотрительно заимствованный Залиной у соседей.

Золотов сел рядом с Азаматом, но все настояли на том, чтобы он занял место старшего за столом.

— Старость и добрая красота, — улыбнулся Золотов, занимая место рядом с Леной, — лучший тамада за столом. Так говорит мой старый друг Кобаев.

— Он сейчас тоже в Москве? — спросил Заурбек.

— Нет, в другом городе. Дорогие товарищи! — Иван Яковлевич встал с бокалом в руке, окинул стол спокойным улыбчивым взглядом.

— Как говорят умные люди, чем короче тост, тем слаще в бокале вино или шампанское, которое мы пьем. За наше здоровье и за нашу встречу!

Заурбек, Азамат, Володя, Саша, другие захлопали в ладоши и запели народную осетинскую хоровую припевку, поощряющую человека, сказавшего тост, выпить свой бокал до дна.

Иван Яковлевич выпил шампанское, показал всем свой пустой бокал и поставил его на стол.

Залина села рядом с Заурбеком, незаметно прижалась к нему.

— Я такая счастливая, — прошептала она, — такая счастливая!

— Руководство, — заговорил Золотов, он все еще не садился после тоста, — попросило меня извиниться перед вами, товарищи, за то, что ваши старшие по работе не могут принять участия в новоселье, но считайте, что они с вами. А это, — поднял высоко руку с какой-то бумажкой Золотов, — подарок новоселам от коллектива. Столовый гарнитур!

Все захлопали в ладоши, закричали: «Браво!»

Залина смутилась, хотела выскочить из-за стола, но Иван Яковлевич протянул ей через стол документ на получение в магазине гарнитура.

— Залина, ты не беспокойся, мы привезем этот гарнитур сами! — шутя, крикнул Азамат.

Хозяйка совсем было смутилась, а потом вскинула голову.

— Большое спасибо! — обвела она всех сияющим взглядом. А то, что не было выражено словами, очень хорошо читалось на ее лице, полном откровенного, безоглядного счастья.

Посидев еще несколько минут за столом, Залина побежала на кухню помогать своей маме.

Азамат завел патефон, поставил пластинку с медленным фокстротом. Лена не успевала пройтись с одним кавалером, как право на танец с ней заявлял уже другой.

— Вот видите, — громко прокомментировал ситуацию Золотов, сидевший за столом уже рядом с Азаматом, — что значит быть холостяками. Берите пример с Пащенко. Быстрота и натиск, но только еще обязательно — и любовь как главное условие успеха.