– Кристель, а может, я сегодня останусь дома?...

Мира знала, что она скорее всего не останеться дома, но, кажеться, считала своим долгом это уточнить. А вдруг?!...

– Мирка, хватит. Нельзя. Сегодня нужно идти в школу.

Затем кто-то из сестра готовил завтрак. В это утро готовила Мира и на завтрак была овсянка с изюмом.

– Овсянка?...-еще из дали заметила серую массу в тарелке Кристель, выходя из душа.

– Да. Медик будешь к ней?...-зачерпнув щедро ложку поинтересовалась Мира.

Затем Мира отправлялась в школу. Но из-за нежелания отправляться туда по утрам, часто получалось, что утренее время затягивалось, и Холивел удачно и всегда стабильно появлялась ровно за три минуты до звонка.

Она была в одном классе с Корнелией, Урией и новенькой.

Прийдя этим утром "точно по графику" Мира уселась на свое место за партой.

Большенство одноклассников уже были в классе, даже Урия и "его молодая команда", а так же Корнелия и ...

– Вилл, не переживай...-донеслось до уха Миры.

Раздался звонок и все сели по своим местам. Зашла учительница.

– Доброе утро. И начнем мы сегодня с домашнего задания. Кто принес презентации о солнечной системе?

Был урок астрономии. Вызивали по группам. Мира уже здала свой проект и вызивали следующих по счету или желающих по собственному желанию. Холивел не относилась ни к тем, ни к тем, поэтому предпочла просто послушать и посомтреть.

Однако, этого ей сделать не дали. Когда вышел второй по счету отвечающий, кто-то отвесил ей шелбан.

– Ай!- схватилась за голову девушка, но виновник уже успел убрать руку.

За ней было две однокласницы , двое однокласников и Урия.

– Привет, как дела?- расплылся в улыбке он.

Мира молча отвернулась.

И вновь получила шелбан.

– Ай!-и опять начала потерать макушку.

На третий раз она обернулась и сказала:

– Перестань!Задолбало!

...-А Мира Холивел раскажет нам о звездах,- тут же отреагировала учительница,- Мира, скажи, почему на растоянии ми видем звезды маленькими, хотя на самом деле они излучают свет, массивный газовый шар, удерживаемый силами собственной гравитации и внутренним давлением, в недрах которого происходят реакции термоядерного синтеза. Звёзды образуются из газово-пылевой среды. А ближе всех мы видим солнце. Почему мы видим ближе всего солнце маленьким?

– Да,- с чувством согласилась Мира, и кивнула головой.

Те, кто вслушивались в вопрос заулыбались и тихо засмеялись. Мира тоже улыбнулась. Учитель так ловко заговорила, что Мира уже и забыла, о чем ее спрашивали.

– Ну, так вот,- усмехнувшись и себе, продолжила учительница,- давайте все-таки послушаем , что нам хочет рассказать Корнелия.

"Да, давайте послушаем",- вздохнула Мира и вновь приготовилась слушать.

Тем временем Кристель была дома и пила утренний кофе. Она ждала звонка.

Эрик Куолен остановил машину возле кофейни в центре города, надеясь, что хотя бы эта девушка, его новая знакомая, не будет опаздывать на свидание. Все-таки она военнослужащая, да еще пилот ВВС, а это обязывает к пунктуальности. Хотя, может, вне службы она становится такой же, как все девушки, и может забыть о времени, вертясь перед зеркалом и меняя кофточки и макияж.

Но в 19.55 к кофейне подъехала машина, строгий темно-синий "оппель", на которой ездила Кристель. Девушка заперла машину, включила сигнализацию и оглянулась. Куолен помахал ей рукой, и она с радостью поспешила к нему навстречу, снимая темные очки. Сейчас Кристель распустила волосы, сделала легкий макияж и сменила строгий костюм на черную блузку, красиво открывающую точеную шею, и серебристые брюки-стрейч. И Эрик невольно залюбовался ее ладной фигуркой и золотистыми волосами. "Да, под маской строгого капитана ВВС кроется обворожительная женщина!".

*

Из кофейни Куолен и Кристель вышли прогуляться по скверу. Девушка была очень оживлена, улыбалась, на щеках заиграл румянец. У нее уже давно не было свиданий, и нужно было признать, что ни один из парней, пытающихся за ней ухаживать, не шел ни в какое сравнение с этим мужчиной средних лет. Эрик был далек от идеала мужской красоты - даже при своем высоком росте грузный, полуседой, с глубоко посаженными глазами неопределенного цвета. Но он был очень умен, обаятелен, у него оказалось потрясающее чувство юмора, и он был очень галантен.