На первых порах Игорю – маменькиному сынку попадало. Шах не любил слюнявой интеллигентской поросли. Врезать такому между глаз – одно удовольствие.

Однажды Игорь вернулся домой с опухшим носом. Мама жалобно охнула.

– Кто тебя так?

Игорь слезливо пожаловался. Потом набычился и заявил:

– Еще тронет раз, я его убью.

Мама всегда считала себя педагогом от природы. В проблемах воспитания она разбиралась легко, почти не задумываясь. У нее на все вопросы ответы были готовы заранее.

– Игорек, ты не должен затевать конфронтацию. Представь, что-то случиться. Вмешается папа. Мальчика, который тебя поколотил, накажут. Но у Шаха, – его так зовут? – у Шаха найдется второй подручный. Тебе побьют еще сильнее.

Игорь тиранул пальцем под разбитым носом, вытирая сукровицу. Шмыгнул, подхватывая соплю.

– Что же мне делать?

– Ты обязан быть умнее всей этой безродной сволочи. Пригласи Шаха завтра к нам в гости. Предложи ему посмотреть видео. Я приготовлю чай. Посмотрю что это за человек…

Шах быстро понял все выгоды дружбы с мальчиком, отец которого занимал важную должность в областном исполкоме и потому взял Игорька под свое покровительство.

Встретив старого знакомого на улице. Шах с первых слов Игоря угадал – у того на душе слой темной мути, от которой в груди томление и колотье сердца. Минуту спустя Шах знал все – и про красавицу Зизи, и про любовь, и про коварную измену.

– Только-то? – Шах не скрывал презрительного отношения к сентиментальным чувствам Игоря. – Да плюнь ты. Баба не достойна, чтобы из-за нее расстраиваться. Пойдем, я тебя развею. И вообще запомни – никакой любви. Все только биохимия – запахи, гормоны. Не стоит волнений.

Они отправились к Шаху. Тот жил в тихой однокомнатной квартире на зеленой Краснокаменной улице.

– Сейчас устроим мальчишник. Ты в форме?

Игорь хмуро кивнул.

Шах сел на телефон и уже через минуту давал указания:

– Лада, девочка, я тебя жду. Лады? И чтобы быстро. У меня в гостях старый кореш. Что? Нет, Галку сюда тащить не надо. Без нее обойдемся.

Лада – статная девица с пышной копной волос, рассыпанных по плечам как у модели с рекламы нового шампуня, с крепкими ногами и могучими бедрами, влетела в квартиру, сразу наполнив ее биохимией – легким возбуждающим запахом женского пота.

Шах, по-хозяйски гостеприимно, выставил на стол бутылку водки, открыл банку шпротов, нарезал крупными кусками черный хлеб.

– Долбанем? По маленькой?

Игорь отрицательно мотнул головой. С водки его дико тошнило.

– Может нюхнуть хочешь?

– Как? – Игорь к дури еще не успел приобщиться и потому отнесся к предложению с опаской. – Мне плохо не будет?

– Твое дело. – Шах не пытался настаивать. – А вот мы с Ладой такой шанс не пропустим. Верно, крошка?

«Крошка» вожделенно облизнулась.

Урок не был долгим. Игорь втянул носом в обе ноздри предложенный ему порошок. Он ожидал, что мгновенно окажется в каком-то ином, потустороннем мире, но ничего не случилось. Он успокоился – все разговоры о страшной силе наркотиков показались пустой трепотней. Игорь сидел, слушая музыку, которая истекала из стереомагнитофона, и вдруг заметил, что мир вокруг стал вдруг теплее, окрасился в более приятные тона, нежели те, которые доминировали в нем некоторое время назад. Захотелось шутить и смеяться. Неужели вот так легко и просто избавиться от душевной тоски и боли?

Он с интересом посмотрел на Ладу. Та сидела на диване, заложив ногу на ногу. И без того короткий подол платья задрался до предела, открыв на обозрение тугие плотные ляжки.

Шах проследил за взглядом Игоря и понимающе улыбнулся.

– Нравится? Деваха что надо – плоть с огоньком…

Он повернулся к Ладе, быстрым движением языка облизал синеватые губы. Небрежно махнул в ее сторону кистью руки.

– Раздевайся.

– Как это?

Что-то не сработало в головке у Лады, и она не поняла, чего от нее требуют.

– Ты что, дура? – Шах посуровел. – Делай стриптиз.

– Захар, – было видно, что Лада не возмутилась, просто ей не очень хотелось двигаться, – может не надо?

Шах поглядел на Игоря. Снова облизал губы. Спросил ехидно:

– Может и в самом деле не надо? Как ты считаешь?

– Все равно, – Игорь пожал плечами.

Шах так и взвился.

– А мне не все равно! Если сказано, значит должно быть сделано. Раздевайся! А ты, Игорь, включи бандуру погромче. Пусть чешет под музыку.