Когда я служил во Вьетнаме, мне приходилось иметь дело со многими видами оружия. Я был уверен, что в случае необходимости прекрасно справлюсь и с кольтом.

Убрав кольт в отделение для перчаток, я не спеша вернулся на Очад-авеню. Накануне вечером я приметил там агентство по торговле недвижимостью. Остановив машину около узкой двери, я вошел внутрь и оказался в небольшой комнате, где за совершенно пустым столом сидел небольшого росточка лысый толстяк. Он явно скучал, устремив задумчивый взгляд в пространство. Увидев меня, толстяк встал и, обнажив в улыбке желтые зубы, рукой показал на стул, после чего спросил, чем он может быть мне полезен.

Я ответил, что хотел бы купить или на худой конец снять приличный дом на Очад-авеню. С грустным видом агент сообщил, что на этой улице нет ни одного продающегося дома. Но зато у него есть очень заманчивые предложения…

Я перебил его, сказав, что меня интересует именно Очад-авеню.

Он вздохнул:

– Все в общем-то зависит от того, насколько вам это к спеху. В этом квартале живут в основном старики; время от времени кто-то из них умирает, и дом идет на продажу. Вот в прошлом году умерла одна пожилая дама, так ее подруга тут же купила освободившийся дом и поселилась в нем. Так что это вопрос времени.

– Ну что ж, я могу подождать. Мне еще сначала надо продать свой дом в Лос-Анджелесе… Дело в том, что я нашел работу во Фриско. Как вы думаете, может быть, я смогу хотя бы снять приличную комнату на Очад-авеню?

Из-за лацкана пиджака он вытащил булавку и принялся меланхолически ковырять в своих лошадиных зубах.

– Это не исключено, – заявил он наконец. – Весьма возможно, что миссис Эмма Броди согласится сдать комнату. Я ее знаю много лет. Недавно она потеряла мужа, и, может быть, подобное предложение ее заинтересует. Попробуйте поговорить с ней.

– У вас не найдется подробного плана этого района?

Он порылся в столе и достал мятую карту. Я попросил его показать, где находится дом миссис Броди. Он отметил его крестиком.

– А это что за дом? – спросил я, указывая на «Яблоневый сад».

– Он не продается. Я сто раз уговаривал владелицу уступить его, но ничего не получилось.

Внимательно посмотрев на карту, я обнаружил, что задняя стена дома миссис Броди должна быть расположена как раз напротив коттеджа Бесс. Удача наконец-то начала улыбаться мне.

Крепко пожав руку моему собеседнику и поблагодарив его за любезность, я оставил его наедине с самим собой и отправился к миссис Броди. Подойдя к ее дому, я позвонил в дверь.

Она открыла мне с сигаретой в зубах. Я назвал себя, но она сказала, что прекрасно помнит нашу беседу. Ее добродушная полная физиономия осветилась улыбкой.

– К сожалению, «Яблоневый сад» действительно не сдается, – сообщил я, – но в агентстве мне сказали, что время от времени появляется возможность купить тот или иной дом, так что я решил подождать. Но поскольку мне пока надо где-то жить, и, желательно, именно в этом квартале, может быть, миссис Броди, вы согласитесь сдать мне одну из комнат? Я занимаюсь научной работой, так что приходится много трудиться дома, и для меня очень важны спокойствие и тишина.

Миссис Броди заявила, что охотно сдаст любую из комнат, и предложила мне самую лучшую, с окнами на улицу. Я сказал, что опасаюсь городского шума, и тогда она ввела меня в небольшую, прекрасно обставленную комнату с окнами, выходящими в сад. Выглянув в одно из них, я удовлетворенно хмыкнул: «Яблоневый сад» стоял менее чем в сотне метров от меня.

Договорившись с миссис Броди об оплате, я сообщил ей, что перееду через пару часов. Она спросила, хочу ли я питаться в доме, добавив, что ее это совершенно не затруднит. Учитывая, что я собирался круглые сутки следить за «Яблоневым садом», это предложение было для меня как нельзя более кстати, и я с благодарностью принял его.

Покинув ненадолго мою гостеприимную хозяйку, я вернулся в мотель, заплатил по счету и зашел к торговцу подержанными вещами, где приобрел мощный бинокль и пишущую машинку. В соседнем магазине я купил пачку писчей бумаги, ручки и блокноты. Когда миссис Броди будет убирать мою комнату, у нее не должно возникнуть и тени подозрения.

Пообедав в городе, я перевез вещи в свое новое жилище. Миссис Броди дала мне ключ от входной двери. Она, видимо, хотела еще немного поболтать со мной, но я не дал ей рта раскрыть, заявив, что собираюсь немедленно приступить к работе.

– Захотите посмотреть телевизор – приходите в мою комнату, – крикнула она мне вслед. – Вместе веселей.

Я поблагодарил ее, вошел к себе и запер дверь на ключ; затем я подтащил к окну мягкое кресло и, удобно усевшись в нем, направил бинокль на «Яблоневый сад».

Началось изнурительное многодневное наблюдение за домом Бесс. Вскоре я уже примерно представлял себе их распорядок дня.

Около десяти утра Росс куда-то уезжал на машине. После одиннадцати Бесс выходила из дома с большой сумкой в руках, садилась на мопед и отправлялась за покупками. К часу дня она возвращалась обратно. Что касается Росса, он вечером никогда не приезжал раньше шести. Когда они забывали задернуть шторы, мне было отлично видно все, что происходит в доме. Вечером они никуда не ходили, коротая время перед телевизором.