Айрис, похоже, удивилась.

– Но я понятия не имею о банковском деле.

– Не беда. Придется немного печатать, остальное легко освоите.

Он вытер пальцы платком, глядя на девушку.

– Мне было бы приятно работать с моей будущей падчерицей. Я бы хотел, чтобы вы согласились. В кинотеатре у вас нет перспектив. Что скажете?

Она задумалась.

– Я была занята по вечерам, а днем могла встречаться с Кеном, – сказала она. – Не знаю, как он отнесется к перемене.

– Теперь все его время занято расследованием этого похищения, – сказал Кэлвин. – Работать допоздна вредно. Я надеюсь, что мне удастся вас уговорить.

Она внезапно улыбнулась.

– Хорошо. Я согласна.

Кэлвин удовлетворенно кивнул.

– Прекрасно. Дело не терпит отлагательств. Сможете начать с завтрашнего дня? Банк компенсирует вам убытки, связанные со срочным уходом из кинотеатра.

– Ладно. С завтрашнего дня.

Кэлвин встал.

– Сейчас приедут ревизоры, надо подготовиться. Начнем с завтрашнего дня. Я буду вас возить, как несчастную Элис.

Они прошли к двери.

– Как там Кит? – спросил он, открывая дверь. – Я не видел се сегодня утром.

– Я тоже, – сказала Айрис. – Я за нее беспокоюсь. Мама избегает меня. За прошедшую неделю мы говорили с ней всего три-четыре раза.

– Не стоит тревожиться за Кит, – сказал Кэлвин. – У нее все в порядке. Я вижу ее каждый вечер. Мне кажется, она немного нервничает в связи с предстоящим замужеством. Это понятно.

Выдержав паузу, он продолжил:

– Знаю, о чем вы думаете. О ее слабости к спиртному. Мы с ней говорили об этом. Она призналась, что снова стала пить, но обещала остановиться. Все будет хорошо. Я присмотрю за ней.

– Спасибо! – сказала Айрис. – Я лишилась покоя именно по этой причине.

– Зря. Я позабочусь о Кит. Сейчас мне надо заняться делами. Счастлив буду завтра работать с вами.

Он чарующе улыбнулся и закрыл за девушкой дверь.

Тяжелой поступью Кэлвин прошел в кабинет. Подняв телефонную трубку, набрал номер пансиона. Услышал голос Фло и попросил ее позвать Кит.

Фло, казалось, была встревожена.

– Миссис Кит еще не спускалась, мистер Кэлвин, – сказала кухарка. – Я подходила к комнате хозяйки, но она велела мне не беспокоить ее. Может, подняться еще раз?

– Не надо... оставьте ее, – сказал Кэлвин. – Наверно, она переживает из-за Элис.

Кэлвин положил трубку. Гримаса ярости исказила его черты.

Она снова напилась. Придется от нее избавиться. Чем раньше, тем лучше. Она опасна.

Да, ее необходимо убрать.

1

Вечером Истон, Томсон и Треверс собрались в кабинете шерифа. Часы показывали 8.20. Истон потягивал молоко из стакана. Шериф и Треверс пили пиво. Они только что прослушали выпуск новостей с приметами Джонни и описанием его автомобиля.

Неожиданно трель телефонного аппарата нарушила тишину.

– Ну вот, – сказал шериф, поднимая трубку и поднося ее к уху.

В ней зазвучал мужской голос.

– Хорошо, мистер Оукс, – произнес Томсон. – Конечно, понял. Мы сейчас подъедем, ждите нас. Ну, минут через тридцать.

Он опустил трубку и посмотрел на Истона.

– Это мистер Оукс из даунсайдского автомагазина. Он уверен, что «линкольн» наш друг приобрел именно у них.

Истон допил молоко и встал.

– Шериф, вы оставайтесь здесь, вдруг будут еще звонки. Мы с Кеном побеседуем с мистером Оуксом.

Спустя тридцать минут Истон и Треверс входили в ярко освещенный торговый зал автоцентра.

Увидев их, Фред Оукс, полный мужчина в летах, поспешил им навстречу. Представившись, он сказал:

– Этот человек соответствует описанию, которое передали по радио. Он высокий, плотный, с черными бакенбардами и усами; на нем было желтовато-коричневое пальто с поясом.

– Когда вы видели его, мистер Оукс? – спросил Истон.

– У меня записаны дата и время, – сказал Оукс. – Вот, пожалуйста, тут и адрес его есть.

Он протянул Истону копию справки-счета на «линкольн».

Глядя на адрес, Истон почесал шею.

– Джонни Эйкр, 12477, Калифорния-драйв, Лос-Анджелес, – произнес он. – Наверно, вымышленный. Я проверю.

Он посмотрел на Оукса.

– Вы смогли бы его опознать?

Фред Оукс кивнул. Ноги у продавца гудели от усталости, но ему нравилось давать показания. Оукс знал, что завтра он увидит в газетах свою фамилию, а то и фотографию.

– Я бы его узнал где угодно.

– Он был один?