Рядом с монархом стоял лорд Гур Лэрс, и его лицо выражало крайнюю степень ярости, которую он даже не желал скрывать.

Я ничего не понимала, лорд же директор видимо был в курсе их недовольства, но почему-то не только не насторожился, а наоборот смотрел прямо и с вызовом.

– Дорогой брат, – обратилась к монарху леди Вьенн, – я понимаю, что Элрин расстроил твои далеко идущие планы, но теперь уж ничего не поделаешь. Истинная пара …

– Ты хочешь сказать, моя дражайшая сестра, что истинная пара не расторжима? Но это не совсем так, верно? История знает несколько примеров тому, что такие пары могут быть как неидеальны, так и члены этих пар могут быть вполне счастливы с другими партнерами.

Леди Вьенн почему-то сильно смутилась, а лорд Вьенн старший нахмурился и бросил совсем не дружелюбный взгляд на императора.

Я чувствовала, что назревает серьезный семейный скандал.

Вдруг Иннэр, вскочила со своего стула, подбежала к императору и, обхватив его ноги ручонками, спросила:

– Дед, ты же хороший?

– Я? – притворно удивился император. – Нет! Иннэр, я ужасный и кровожадный монстр, которого все боятся и уважают. И по этой самой причине хотя бы уведомляют о своих намерениях, перед тем как идти против моей воли.

Император опять выразительно взглянул на магистра.

– Вы бы не дали своего согласия, Ваше Величество, – спокойно проговорил магистр. – Поэтому я не счел себя обязанным ставить вас в известность, ибо вы были в силах расстроить самым решительным образом все мои замыслы. А это противоречило моим планам … дядя.

В беседке повисла тишина, которую никто не прерывал несколько минут. Все смотрели исключительно на императора.

– Ты неосмотрительно нажил себе смертельного врага, Элрин. И судя по гневному взгляду Гура, не одного, – вдруг усмехнулся монарх. – Увел девчонку прямо из-под носа брата. Какое коварство, Элрин, какое коварство. Но я восхищен, если честно. Береги свое сокровище – Лэрсы мстительны, они не прощают обид.

Я посмотрела на Гура Лэрса и поразилась, увидев его взгляд, напряженный и вместе с тем полный боли и отчаяния. И потому как побелели его сжатые губы, было видно, что ему невероятно трудно сдерживать кипевшую в нем ярость и разочарование.

– Я сожалею, что так получилось, Гур, но это сильнее меня, сильнее нашей братской дружбы и сильнее моего сомнительного долга перед империей, – последние слова Элрин Вьенн проговорил с нажимом, беря меня за руку и шагнув ближе, обнял за талию. Неожиданно крепко прижал к себе, словно хотел уберечь от всех неизвестных мне опасностей.

Глава 3

Большое окно в пол было распахнуто настежь и ветер, свободно врываясь в кабинет, легонько трепал мои локоны, заигрывая, щекотал щеки завитками волос, и шаловливо шептал что-то на своем языке, перебирая листы бумаги на столе.

За окном-дверью находилась большая полукруглая терраса, огороженная высокими ажурными перилами. Прямо за ней начинался глубокий отвесный обрыв в причудливо изрезанный длинный каньон, по дну которого протекала бурная горная река с высокими порогами и водопадами. По его крутым скалистым склонам росли многовековые деревья со стволами в несколько моих обхватов.

Величественность и грандиозность открывавшегося вида завораживала и ни когда не надоедала. Я могла бы часами смотреть на все это великолепие, если бы не работа … скучная и не интересная.

Прошло два месяца, как я окончила академию и вот теперь прохожу практику в ведомстве своего будущего мужа – лорда Вьенна.

Те несколько месяцев, что прошли после памятного семейного ужина, лорд Вьенн был бесконечно ласков и предупредителен. Мы часто обедали вместе, он приглашал меня на вечерние прогулки по парку в своих владениях, мы много разговаривали и единственное, что позволял себе магистр – это несколько нежных поцелуев и осторожных объятий по время наших свиданий. И постепенно я начала к нему привыкать. Уже не так боялась его взглядов, не дергалась при прикосновениях и, если честно, с нетерпением ждала наших встреч.

Но если быть до конца откровенной, мне было немного досадно. Ведь я же так старалась хорошо учиться. По теории была одной из самых успевающих на всем нашем потоке. По практике, наверное, была бы тоже одной из лучших, но все мои практические занятия проходили в стенах академии, ведь я не была допущена к настоящим расследованиям преступлений в отличие от моих сокурсников. Это объяснялось моей повышенной уязвимостью перед местным населением и вызывало у одногрупников море насмешек и подколок, которые мне приходилось постоянно терпеть. И вот снова вместо подлинных и интересных расследований я вынуждена копаться в скучных отчетах и протоколах давно раскрытых преступлений или же безнадежных «глухарей».

И причиной всему этому, как я теперь понимаю, снова является распоряжение лорда Вьенна. Да, это было очень обидно. Но кто мы такие, чтобы протестовать против указаний своего непосредственного начальства и будущего мужа?

Праздный вопрос.

Я вздохнула и, оторвав взгляд от красот за окном, уставилась в ненавистный текст скучного протокола допроса, даже не понимая, что там написано.

Неожиданно одна стена кабинета замерцала багровым всполохом, ширясь и расходясь кругами от центра, и в открывшийся портал вышел … Гур Лэрс.