Поев, я с удовольствием легла под сенью дерева и закрыла глаза. В моей жизни так все быстро изменилось. Мне бы привыкнуть теперь, что я не обычная москвичка, а настоящая эльфийская принцесса. Похоже, я задремала. Меня грубо разбудили. Распахнув свои большие, и, уверена, что невероятно злые глаза, я процедила сквозь зубы:

– А повежливее никак нельзя?

– Надо идти. Принцесса уже достаточно отдохнула, - а глаза больно смотрят насмешливо.

Подозрительно. У меня создалось ощущение, что он меня знал раньше и мстит мне за что-то. А может, я была злой принцессой? Так я - не она. Не виноватая я. Со вздохом я поднялась.

– Скажи, а раньше мы с тобой случаем не встречались?

– Нет, принцесса, - ухмыльнулся орк.

– Давай так, ты с этого момента будешь заинькой, будешь вежливо и с должным почтением обращаться ко мне, а я не пожалуюсь таинственному хозяину на твое поведение. Идет?

Шрек снова ухмыльнулся.

– Брыхрф согласен. Только ты тогда даже не мечтаешь о побеге и будешь делать все, что я скажу.

– Ага. Ты меня попросишь платье снять, мне что, раздеться?

Глаза насмешливо сверкнули.

– Брыхрф умеет быть вежливым.

Ладно, все равно мне бежать некуда. Я даже не знаю, в каком мире оказалась. А этот орк хоть не пристает.

– По рукам.

Я протянула ему руки ладонями вверх, так как одну не могла показать, связаны они. Он удивленно смотрел на меня.

– Ты должен хлопнуть по руке.

– Зачем?

Со вздохом опустила руки. Понятно. Здесь так не принято.

Мы отправились дальше в путь. Шли несколько дней. Орк вел такими тропами, что захоти я найти то место, где впервые очнулась в этом мире, не нашла бы. Я даже стала привыкать к своему личному орку. Он выполнял условия и был сама предупредительность. Переносил через ручей, делал мне мягкое ложе перед сном, ловил дичь и готовил на костре. Я ни в чем не нуждалась. Свежий воздух, первозданная природа, восхитительный вид и натуральная, здоровая пища. Чем не отдых! Погони за нами не было. Может, я переоценила братскую любовь? Вдруг у меня был скверный характер, и братец только рад был избавиться от меня?

От мыслей меня отвлекли мужички разбойного вида. Появились они внезапно, и их было много. Они знали это и поэтому держались довольно разнузданно и нахально. Я обеспокоенно глянула на Брыхрфа. Он ничуть не волновался. Первый, что стоял ближе всех, перекидывал небольшую булаву из одной руки в другую и мерзко скалился почти беззубым ртом.

– Ты глянь, какая нынче рыбка сама плывет к нам в руки!

– Чур, эта цыпа моя!
– сказал одноглазый романтик с большой дороги, что стоял справа от беззубого.

– А почему сразу твоя?
– обиженно проворчал один задохлик в рваной рубахе.

– Забыли, - смачно сплюнул на землю тот, кто стоял ближе всех к нам и тяжело глянул из-под широких бровей на бандюг.

Похоже, он предводитель разбойников. Ребятки сразу притихли.

– Мою постель еще не согревала светлая эльфийка. А такую нежную я буду беречь и не сразу отдам вам на потеху.

Мне, наверно, надо начинать уже беспокоиться.

– Брыхрф?
– взволнованно прошептала я.

Он одним движением задвинул меня за спину. Снял секиру с пояса, одно нажатие на рукоятку - и она увеличилась в размерах. Свободно размахивая секирой, он пошел на разбойников. Не поворачиваясь ко мне, сказал:

– Беги!

А меня и упрашивать не надо. Помчалась я со всех ног. Бежала, пока не выдохлась. Остановилась у озера. Упала на берег, а сама почему-то реву. Неужели орка жалко? Разбойников с десяток было и все вооружены до зубов. У него нет шансов. Он тут единственный, кого я знаю. Да и смешной он, иногда о себе в третьем лице говорит. На вид простой совсем и необразованный, но иногда, когда думает, что не вижу, смотрит так, что невольно сердце начинает биться. Глаза у него красивые, задумчивые. Сижу, носом шмыгаю, слезы рукавом вытираю, а тут:

– Принцесса, неужели слезы по мне льешь?

– Ты?!
– отняла руки от лица и повернула голову вправо.

Брыхрф присел на корточки.

– Я. А ты много в этом лесу орков видела?

– Брыхрфуньчик, миленький, живой!
– вскочила я и кинулась к нему на шею. От неожиданности он упал на землю. Его лицо стоило видеть. У бедного даже глаз задергался. Нервный тик, наверное. Упав на него, я радостно засмеялась. Боже, какой же он большой! Удобно расположившись у него на груди, чистосердечно призналась:

– Как же я рада тебя видеть! А что с разбойниками?

– Разбежались от страха, - наконец, пришел он в себя.

А потом посмотрел так внимательно.

– А ты, и правда, рада меня видеть?

– Конечно!

Довольное лицо расплылось от улыбки, что невольно захотелось сказать какую-нибудь бяку. Я сползла с огромной тушки и села рядом.

– Кто же будет обо мне заботиться?
– добавила я с улыбкой, хитро щурясь на лежащего орка.

Шрек опечалился. Правда, ненадолго. Понял, что издеваюсь и заулыбался своей клыкастенькой улыбочкой.