А меж тем, дошли мы до общего зала. И вошли последние. За огромным каменным столом уже сидели приглашенные. Идти к своему месту рядом с Князем под полусотней любопытных взглядов было совсем неуютно. А уж когда я Ярмину увидела - ноги вообще назад повернули: бывшая подруженька только похорошела. Талия раздалась. Грудь как опара из кастрюли, поднималась из выреза вверх. Коса даже вокруг головы, уложенная, все равно до пола спускалась и все волоски в ней один к одному лежали.

А я...

Хорошо тут зеркал нет, точно бы пару разбила, чтобы тощую стерлядь вместо себя не видеть. И ведь сколько ни ем - ничего ко мне не липнет!

Князь представил меня гостям и сделал знак начинать обед. Закружились слуги, обхаживая благородное собрание. Заклацали вилки и ложки о посуду тонкого литья. Захрустела зелень и косточки дичи на зубах. Народ ел с аппетитом, я же вяло ковырялась в тарелке и исподволь разглядывала гостей Князя и чем больше смотрела, тем страшнее становилось. Все странные, не нашенские, говорят - слова коверкают, а уж наряды чудные какие...

Ярмина сидела довольно далеко, но до меня то и дело долетали ее обеспокоенные взгляды. Я ожидала зависти, злобы, но никак не была готова к открытому проявлению беспокойства. Дружеского беспокойства... Девушка кусала губы, беспорядочно хваталась за еду, а вскоре и вовсе встала, извинилась перед ближайшими сотрапезниками и покинула нас, сославшись на головную боль...

Вот как... чтобы это все значило?

Я взглянула на Вацлава. Тот, кажется, не заметил ее ухода или вовсе не придал этому событию никакого значения...

Мучение длилось долго. По мне так все лопнуть должны были от количества съеденного и выпитого, но гости все прикладывались и прикладывались, и говорили, говорили, говорили...

– Князь, - тихо позвала я.

– Да, Янэ?
– оторвался он от разговора с одетым в черное мужиком со здоровенной серебряной цепью на шее.

– Можно это прекратить? Или меня отпусти...

– Иди, провожатого дать?
– спросил он.

– Сама разберусь, - буркнула. Думала, он со мной пойдет, да не додумала. Вацлав в Логово не отдыхать приезжает, а делами Княжества заниматься. А жена в число дел государственных не входит. Да еще поругались почти...

– Янэ...
– оборотень тронул меня за руку.
– Ты в порядке?
– внимательно посмотрел в глаза.

– Не совсем, но... буду, - честно ответила я и улыбнулась.

– Будь, - оборотень на миг прикрыл глаза, прогоняя мелькнувшую в них тревогу.