За ней находилась ванная комната молочного цвета с огромным бассейном в центре размером с мою комнату в городе. На полочках стояло множество баночек и стекляночек. Тут же было зеркало и банный халат.

Выйдя из ванной, направилась к еще одной двери, только двустворчатой и такой же неприметной. За ней оказалась спальня в приглушенных тонах, от теплого синего до сиреневого. Справа от двери стояла огромная кровать под балдахином и невесомой шторкой, по бокам которой стояли две тумбочки. Бог мой, да я потеряюсь там!

Под ней лежал небольшой ковер с серебристым орнаментом по бокам. Остальное пространство было покрыто нескользящей плиткой. Слева от двери стоял туалетный столик с зеркалом, а рядом с ним сундук. Всю левую стену занимало разное оружие: от мечей до арбалетов.

Пройдя в центр комнаты, увидела стеклянную двустворчатую дверь на небольшой балкончик, где-то на три шага, не больше. Видимо, тут больше тренировочный зал, чем спальня. Так же я заметила небольшую дверку, видимо, в гардеробную, но я туда не пойду, мне своих вещей навалом, а пышные платья я терпеть не могу.

– Хм, неплохая спальня –проговорила Кэйл, так же осматриваясь.

– Согласна –я перевела дух. Блин, все время забываю, что мы ходим бесшумно –Знаешь, она больше похожа на тренировочную.

– Возможно –Кэйл потянулась и сняла плащ, при этом не снимая меча –Ладно, Нэйл, я пошла в ванную.

– Хорошо, я подожду своей очереди в гостиной –мы вышли и разделились. Я села за пианино, а сестра пошла в ванную.

Помню, я втайне от родных училась играть на пианино. Получалось неплохо, но не достаточно. Выучившись, рассказала Кэйл'Ларри, а та призналась, что ходила на пение. Это было за неделю до дня рождения мамы, и мы решили устроить ей подарок: я буду играть, а сестра петь. Ох, какие ошарашенные были лица! Но, это все уже в прошлом, а сейчас за мной охотится настоящий отец, король арсов, чтобы использовать для каких-то целей….Эх, как же он меня задолбал!

Тут мне в голову подобралась идея, которую я оценила, да и сестре должна понравится, ведь, мы давно так не делали. Развернувшись к пианину, открыла крышку и счастливо улыбнулась, касаясь клавиш. Ох, как для счастья мало!

Предвкушающе улыбнулась и заиграла. Медленно, тягуче и завораживающе…. Плюс к этому, еще и запела. Мой голос распространился по всей комнате, как звонкий ручеек:

– «В тот день, я не могла сказать, добро,

Потому что я не хотела понять того,

Что мы никогда не встретимся.

И я солгала в последний момент, сказав:

«Я буду, хорошо».

В это время вышла Кэйл в банном халате и, подойдя ко мне, облокотилась на пианино. Она всегда любила, как я пою, а мне наоборот. Вот и сейчас она наслаждалась моим пением. А я продолжила, улыбаясь широкой улыбкой:

– Я скрыла свое истинное чувство

Каждый раз мне плохо одной,

Потому что трус! Я не могу быть не я.

Этот город слишком большой

Когда у меня нет тебя.

Где я начну искать?

Алмазы весной из моих глаз,

И сверкают по щекам

Я бы хотела в себе силы

Это не печали не может разорвать.

Это всегда слишком много; не осталось ничего, кроме сожалений.

Я могу забыть, я сделаю стену толще.

Все падают слезы за улыбкой.

Я играю снова с моими пальцами,

Все, что вы дали мне.

Я не забуду, никогда когда-либо.

Алмазы не прекращают капать вниз,

Грустные сладкие цвета, перекинутые сквозь звездное небо.

Теперь, я должна быть своим лицом к небу

Даже, если я не буду видеть вас снова.

Я останавливаюсь, снова и снова.

И смотрю назад