МАРГА. Тогда к чему эти странные вопросы? Вы пригласили меня воспитательницей к осиротевшему племяннику, да?

АНХЕЛИНА. Да.

МАРГА. Где же ребенок?

МАТИЛЬДА. Сейчас придет. Он ушел в горы, с ружьем…

МАРГА (испуганно). С ружьем? Один?!

АНХЕЛИНА. С ним Формин и Бернардо.

МАРГА. Слава Богу! Это слуги?

АНХЕЛИНА. Это собаки.

МАРГА. Ничего не понимаю!.. Неужели я сошла с ума? (Тревожно смотрит на Анхелину и Матильду, отступает.) Или, может быть, вы обе…

МАТИЛЬДА. Успокойтесь, мы в своем уме.

МАРГА. И вы считаете, что хорошо отпускать ребенка одного в горы, да еще с ружьем?

МАТИЛЬДА. Его отец был страстный охотник и приучил его к пороху с самого детства. Так что с этой стороны опасности нет.

АНХЕЛИНА. Трудности начались теперь, когда он осиротел. Вы должны помочь нам спасти эту невинную жизнь.

МАРГА. Спасти ему жизнь? Я ведь не доктор. Я просто учительница.

МАТИЛЬДА. Именно с этого надо начать. Сперва научите его грамоте, потом читайте с ним книги. И только потом мы станем учить его таинственному делу, называемому жизнью.

МАРГА. Он такой отсталый?

АНХЕЛИНА. Совершенно ничего не знает. Он вырос в горах. Дитя природы, понимаете?

МАРГА (успокоившись, садится). Понимаю, сеньора. Теперь мне понятно – он воспитывался втайне, вдали от людей. Дитя природы… Дитя любви, вы хотели сказать? Он – ваш незаконный сын?

АНХЕЛИНА (краснеет). Я не замужем.

МАРГА. Простите… (Матильде.) Ваш, сеньора?

МАТИЛЬДА. Нет. Хотя я и вдова, я – девица.

МАРГА. Не понимаю…

АНХЕЛИНА. Бывает, бывает!.. Моя сестра была замужем восемь дней, но до дела не дошло…

МАРГА. Так чей же он незаконный сын?

МАТИЛЬДА. А кто вам сказал, что он незаконный?

МАРГА. Если я не ошибаюсь, вы сами только что… Дитя природы, воспитывался вдали от людей…

МАТИЛЬДА. Сестра сказала «дитя природы» в значении «воспитанный вне цивилизации».

МАРГА (нетерпеливо). Хорошо, сеньора! Но ведь не на дереве же его нашли. Ведь у него были родители?

АНХЕЛИНА. Да, были. Его отец – наш бедный брат.

МАРГА. А мать?

МАТИЛЬДА. Неужели необходимо сообщать вам о ней?

МАРГА. Если вам неприятно, не надо. Она тоже умерла?

МАТИЛЬДА. Да. Море совершило правосудие.

АНХЕЛИНА. Это грустно, но от вас мы не должны скрывать. Она была дурная женщина.

МАРГА. Не надо. Я уважаю семейные тайны.

МАТИЛЬДА. Благодарю.

МАРГА. А что именно вас тревожит в этом ребенке?

АНХЕЛИНА. Во-первых, мы уже говорили – он совершенно необразован.

МАРГА. Да, да, я помню. Не умеет читать, писать… Ну, это вполне естественно. Что еще?

МАТИЛЬДА. Еще характер. Вы представить себе не можете: совершенно необуздан!

МАРГА. Ничего, к этому я привыкла. Были у него воспитатели до меня?

АНХЕЛИНА. Трое. Все провалились.

МАТИЛЬДА. Один решил действовать лаской и сдался через три дня. Другой обращался к его разуму – ушел через неделю.

АНХЕЛИНА. Третий применил силу… Тут-то и началось! Видите окно наверху, в башне? Он его оттуда выбросил.

МАРГА. Не может быть! Учитель выбросил ребенка в окно?!

АНХЕЛИНА. Нет. Ребенок выбросил учителя.

МАРГА. Простите, у меня закружилась голова. Значит, ребенок выбросил учителя в окно… Сколько же ему лет?

МАТИЛЬДА (естественным тоном). Двадцать четыре.

МАРГА (вскакивает). Что?!. (Закрывает глаза, проводит рукой по лицу.) Простите, сеньора… я ослышалась… Вы сказали – четыре года?

МАТИЛЬДА (размеренно). Двадцать четыре года.

.

МАРГА пошатывается, опирается на спинку стула

АНХЕЛИНА. Та-там, та-там, та-там, там-там…

МАРГА (вспылила). И вы меня пригласили?.. (Быстро смотрит на часы.) Когда, он сказал, отходит поезд?

МАТИЛЬДА. Нет, не покидайте нас!

АНХЕЛИНА. Послушайте нас, ради Бога!

МАРГА. Я достаточно слушала!.. Я не позволю так шутить со мной!.. (Кричит.) Где чемодан?

Сестры кидаются к ней, умоляют.