Поскольку стреляли мы последними, проблем с боезапасом не было. Нам выдали все, что осталось…

Я сидел на траве возле пункта выдачи боеприпасов и, разрывая маленькие бумажные коробочки, набивал патронами магазины.

Рядом томились в ожидании своей очереди ребята с нашего отделения.

– Одинцов, Балашов – на огневую! – крикнул капитан Соловьев, руководивший стрельбами.

Мы вышли на исходную, заняв каждый свою позицию – метрах в двадцати друг от друга.

– К бою! – раздалась команда.

Мы упали на землю.

– Лежа, заряжай!

Я достал из подсумка магазин, присоединил к автомату и, сдвинув предохранитель, передернул затвор.

– Курсант Одинцов к стрельбе готов!

– Следите за полем, – сказал капитан Соловьев. – Показ – пятнадцать секунд.

Метрах в полутораста поднялись две грудные мишени. Это – мои. Ловлю в прицел левую… Как там учили? Ровная мушка, плавный спуск…

Положил ее с первой очереди и сразу же – по другой.

– Та-та-та!.. Промазал!

Еще… Вот теперь – порядок! Балашов по своим уже отстрелялся. Удачно. Ждет меня.

– Встать! В атаку, вперед! – приказал Соловьев. – Мишени поражать с колена!

Держа автоматы наперевес, мы с Балашовым пошли быстрым шагом, стараясь оставаться на одной линии.

Поднялись ростовые фигуры. Я припал на колено и расстрелял те, что находились в моем секторе… Пока Балашов добивал свои, сменил магазин. Пустой сунул в подсумок.

– Вперед! – крикнул капитан Соловьев. – Цели поражать на ходу!

Мы пошли. Вдали снова показались фанерные солдаты. Я попробовал стрелять на ходу, но ничего не получилось. Мушка то проваливалась, то взмывала вверх, то скользила в сторону. Опустив автомат, я дал очередь веером, от живота…

Опять мимо.

– Стреляй с колена, – посоветовал мне капитан Соловьев. Я сделал, как он сказал, и первой же очередью сбил сразу две мишени.

Настрелялись мы от души. Вот только старшина напоследок настроение испортил. Построил отделение и спросил:

– Морской закон знаете?

– Знаем, – сказал Рудин. – Кто последний ест, тот и посуду моет.

– Ну, вот и отлично, – улыбнулся прапорщик. – Вернетесь в лагерь, почистите как следует оружие. Принимать буду лично…

8

На свежем воздухе аппетит у нас был отменным. Но если поначалу кормили довольно сносно, то потом стало не хватать.

Мы грешили на поваров. По слухам, ушлые мурманчане втихаря приторговывали в поселке тушенкой, сгущенкой, крупой и прочими припасами. Но поймать их с поличным не удавалось. Да, собственно, никто и не ловил…

Обедали мы в два часа дня, а ужинали – в семь вечера. Меню часто было скудным.

Представьте: за длинный стол садится отделение – десять здоровых молодых людей. Посредине – разрезанная буханка черного хлеба и две банки рыбных консервов. На каждого выходит по ломтю хлеба, по паре ложек кильки в томате и по кружке чуть сладкого чая. Вот и весь ужин.

Конечно, мы не голодали. Получали из дома переводы, да и тут жалованье выплачивали… При необходимости могли купить себе кое-что в военторге. Однако доля «подножных кормов» занимала в нашем рационе значительное место.

Негласно промысловиками-заготовителями стали мы с Рудиным. В связи с чем, получили некоторые привилегии. Если отделение уходило на занятия или работы, мы могли не идти вместе со всеми, а отправлялись ловить рыбу или собирать грибы. И были уверены, что ребята сделают все возможное, чтобы нашего отсутствия не заметили… А они, в свою очередь, знали, что к ужину будет кое-что повкуснее кильки в томате.

Когда лето перевалило за середину, в лесу стали поспевать ягоды: сначала – земляника, потом – черника, малина, морошка, смородина… Мы собирали их в котелки, засыпали сахарным песком и ели ложками. Вкусно!

Грибов тоже было много. Обычно мы с Рудиным брали ведро, уходили на свои заветные места и через час возвращались с добычей. Подосиновики, подберезовики, белые… Маленькие, крепкие, с прилипшими хвоинками на влажных холодных шляпках.

Почистив грибы, мы заливали их водой и прямо в ведре подвешивали над костром. Когда они были почти готовы, заправляли маргарином, добавляли сухой картошки и лука. Просили у поваров буханку хлеба, а то и две… И приступали к трапезе.

Ребята ели и нахваливали. Мы были довольны… А что? Грибы тоже надо собирать умеючи.

Как-то раз мы доверили это Мише-хохлу. Он сам напросился. Часа три его не было. Мы уже хотели идти его искать. Думали – потерялся… Наконец появляется, сияющий. Полное ведро грибов!

Но когда стали перебирать и чистить его трофеи, в ведре осталась только четверть. Остальное пришлось выбросить. Оказалось, что вместе с хорошими грибами Михаил насобирал поганок. Причем таких, после которых реанимация не спасет. Когда ему об этом сказали, он очень удивился…