На весь подъезд раздавались возмущённые крики, плач и угрозы супруги, которая в благородном гневе могла много чего разнести и сокрушить. Медлить было нельзя, и, проводив любовницу, Сергей опрометью бросился наверх к жене. Елена, действительно, разошлась не на шутку. Отчаяние, жажда мести и даже крови неверного супруга обуяли несчастную женщину. Унять её было почти невозможно, но существовало одно лекарство, которое могло успокоить расходившуюся мегеру, привести её в чувство.

Панацея эта находилась не за тридевять земель, а стояла здесь же, на праздничном столе. И Сергей незамедлительно поспешил ею воспользоваться. Припомнив крылатое изречение древнего лекаря Парацельса по поводу дозы, Быстров налил жене сразу полстакана. Через считанные минуты слёзы на её щеках высохли, глаза приняли осмысленное выражение, а несколько рюмок спустя, после обеда, наш герой смело отправился утешать вторую участницу дамской баталии, абсолютно уверенный в своей безнаказанности.

8.

Первый день после новогодних каникул всегда бывает нелёгким. Люди на работу вышли хмурые, если не сказать, что злые. Начальник провёл наряд при всеобщем гробовом молчании, и только погрузившись в автобус, молодёжь немного расшевелилась. Светлана уныло сидела на своём месте рядом с кабиной водителя. Быстров завёл мотор, подождал немного, пока он прогреется, и двинулся, разрезая колёсами девственно чистый неубранный снег во дворе жилконторы. За воротами немного притормозил, чтобы подобрать родственника - того самого, с женой которого у него в своё время был роман и с которым он недавно познакомил Светлану.

Войдя в автобус, человек этот, ничего не подозревающий рогоносец, поздоровался со Светкой, с Сергеем, как обычно назвав его по имени-отчеству, поздравил с прошедшими праздниками и сел на свободное место. Но тут вдруг какой-то бес вселился в душу несчастной обиженной женщины. Сначала он заставил крепкое тело Светланы подёргиваться в чуть заметных конвульсиях. Затем – постепенно, не спеша на лице красавицы-малярши начала проступать неестественная, чем-то похожая на гримасу улыбка. И, наконец, вся она зашлась в истерическом хохоте, повторяя одно только слово:

– Козёл, козёл, козёл!..

Играя интонациями, женщина вкладывала в это обидное ругательство какой-то тайный, непонятный посторонним смысл. Она смотрела в сторону только что вошедшего человека своими донельзя расширенными, выкатившимися из орбит глазами и смеялась, смеялась, смеялась, начиная постепенно заваливаться набок. Слёзы текли по её щекам, рыдания сотрясали плечи, а взгляд блуждал, не зная на чём остановиться. Сергей вырулил на обочину, оставил кабину водителя, подошёл к бьющейся в истерике женщине и обнял её за плечи, не стесняясь посторонних.

– Козёл, козёл, козёл!
– всё тише шептали губы Светланы.

Наконец она успокоилась, вытерла слёзы и слегка повела плечами, освобождаясь от обнимающих рук своего возлюбленного. Быстров, ни слова не говоря, сел на своё место, и автобус - не спеша, в раскачку тронулся с места и повёз людей, уставших от непривычно длинного, утомительного и даже обременительного для многих отдыха.

– Теперь за январь получать нечего будет, - промолвил кто-то в унисон своим грустным мыслям.

– Лучше бы работали в праздники, - отозвалась пожилая женщина с заднего сиденья. – Подумать только, сколько денег пропиваем за это время!

– А ты не жалей. На то они и Новогодние каникулы!
– с несгибаемым оптимизмом ответил ей молодой парень.