Ребята мигом взбежали на третий этаж,

и вовремя. Открылась дверь, и оттуда выскочил весь мокрый, взлохмаченный и еще больше напуганный кот Васька. За ним следом в дверях появилась тетя Маша, в бигудях, размахивая ковровой выбивалкой.

Я тебе покажу, как нам портить вещи! – кричала она. – Ах, негодяй ты этакий! Испортил телевизор!

Как выяснилось позже, семья Сидоровых смотрела телевизор, когда младший сын – Колька погнался за Васькой, а тот залез на шкаф. И когда дядя Миша попытался его оттуда снять, Васька случайно плюхнулся в аквариум с рыбками, а оттуда прыгнул на стоявший рядом телевизор. Из телевизора тут же повалил дым, изнутри вылетел сноп искр, а затем раздался оглушительный взрыв.

Ох, ну и «котовасию» затеял кот Васька! Павлик со Славиком в отчаянии не знали,

что и делать. Больше никто из жильцов во дворе

не хотел брать к себе кота. Напрасно ходили они из квартиры в квартиру – все было без толку.

Наконец, сжалилась над ребятами тетя Даша. Она работала продавщицей в цветочном магазине, и все ее знали, потому что цветы покупали только у нее.

Ладно уж,– сказала она,– возьму вашего кота. Пусть живет у меня, раз больше никто брать не хочет.

Славик и Павлик радостно поблагодарили ее – вот ведь, какой хороший человек! Надо будет ей как-то помочь, принести землю в горшочки. Она часто говорила, что земли не хватает, чтобы пересадить кактусы.

Ребята побежали на спортивную площадку. А там уже вовсю шла игра в «Городки», только вместо деревянных бочонков, мальчики ставили банку на банку и пытались сбить их, кидая короткий металлический прут.

Павлик и Славик уже начинали выигрывать у мальчишек из соседнего двора, когда прибежал запыхавшийся Мишутка.

Ой, что случилось, что случилось!– сбивчиво заговорил он. – Бегите скорее за Васькой, а то его сейчас прибьют!

Перепуганные Славик и Павлик бросили игру и побежали обратно во двор. А там! Батюшки, что там произошло, пока их не было!

Оказалось, что Васька не долго задержался у тети Даши – она его выпустила погулять на свой балкон, а он возьми да и скинь вниз ее лучшую

10

фиалку в глиняном горшочке.

Мало того, фиалка угодила в нашего дворника Пал Иваныча, который в этот момент стоял под домом и поливал дорожки.

Ох, и разозлился же Пал Иваныч. Как только тетя Даша выставила Ваську на улицу, он взял да и окатил кота из шланга так, что на нем снова сухого места не осталось.

Но и Васька в долгу не остался. Спасаясь от воды, он запрыгнул на гараж, где стояла банка с синей краской (она осталась от ремонта нашего подъезда) и опрокинул ее. Не успели жильцы дома ахнуть, как кот шмякнулся вслед за краской на землю, обмакнул в нее все свои четыре лапы, и в диком испуге пробежался по всем машинам, стоявшим во дворе.

Павлик и Славик прибежали во двор в тот момент, когда за котом Васькой уже бегало полдвора. Кто был с ковровой выбивалкой, кто с веником, остальные схватили, что под руку попало.

Ребята жутко перепугались. Что теперь коту будет!

В суете кот Васька куда-то исчез, и толпа разъяренных жильцов дома остановилась посреди

11

двора, чтобы перевести дух.

Куда же он делся?!

Вот рыжий негодник! – кричал дворник, размахивая шлангом.

Все они рыжие – бандиты! – шипела старуха Желтухина. Она только что подошла к жильцам, но считала, что от всех котов один только вред.

Жильцы замолкли, и тут услышали, как за гаражом кто-то тихонько плачет.

Кто это плачет? – удивился дворник. И все пошли посмотреть.

А за гаражом сидела трехлетняя девочка – дочка Серафима Ивановича. Она разбила коленку и тихонько плакала, потирая ушибленное место.

А рядом с ней сидел рыжий кот Васька и лизал девочке руку. Наверное, он ее жалел.

Тут всем расхотелось ругать Ваську.

Даже дворник почесал затылок. А потом махнул рукой и ушел.

Пожилой шофер, чья машина также пострадала от Васькиных проделок, сказал:

И чего мы вдруг набросились на этого кота? Его ведь тоже пожалеть надо – хозяева-то его бросили самого…

Пожалеть-то можно, а толку? – добавил другой жилец. – Кто возьмет кота себе домой?

Наступила тишина, и тут за спинами жильцов раздался голос дедушки Паши – тихого пенсионера, которого жильцы недолюбливали за то, что он никогда и ни с кем не вступал в споры, и вообще был вежливым «до невозможности».