Шрифт:
Вы не занимались строительством и управлением - а писали, используя ручку и пишущую машинку.
Вы писали, не зная о том, кто будет публиковать или читать написанное.
Вы создали "Науку преданности" и "Разговоры с Раманандой Раем", "Ишопанишад" и "Молитвы царя Кулашекхары", множество статей для "Бэк ту Годхед" и "Легкое путешествие".
Я не способен делать это так, как вы, но, все же, делаю это, я - ваш, пожалуйста, не отказывайтесь от меня, то, что сейчас пишу - это набег речи на того, кто плохо владеет речью, попытка нанести удар по цитадели демонов.
По вашему указанию я, обычно, вставлял буквы в ячейки, в вывеске, оповещавшей о вашей вечерней лекции на Второй Авеню, 26.
По-моему, у меня по-прежнему есть это служение.
Пожалуйста, не отвергайте меня.
17.
Нежное утреннее арати, приглушенный свет в здании старой чешской фермы, мужчины с одной стороны, женщины и дети - с другой. Пуджари - женщина примерно метр восемьдесят пять ростом.
Перед нами маленькие Божества Гаура-Нитай, и гость из Америки ведет киртан.
Множество гостей прибыло из близлежащего города, друзья Кришны, лаковые полы, а за дверью утренний свет поднимается над неровными вершинами леса.
Где-то очень близко проходит поезд и дает предупредительный сигнал - держитесь подальше!
Шрила Прабхупада, я буду говорить о вас с этими преданными сегодня.
Я расскажу о том, как это все было в Нью-Йорке, и скажу, что эта ферма была вашим желанием.
Нам было не под силу уловить ваше видение, мы не могли предугадать, что в будущем мангалаарати будет проводиться даже на чешской ферме.
Все, что мы знали - это Нижний Ист-Сайд.
Но сейчас я здесь для того, чтобы видеть: все кланяются Шриле Прабхупаде.
Расскажи им о том, как он смотрел на тебя тем летом. Как он притягивал к себе.
Мы устроимся под этим деревом сегодня вечером, преданные будут в своих рабочих одеждах.
Расскажи им о Свами: смешные истории о том, как все было в начале.
18.
Я начал беспокоиться о том, что когда стану рассказывать им о Прабхупаде, они, возможно, не будут смеяться в смешных местах, часть смысла будет упущена в переводе, и я буду тянуть свой воз один и даже не узнаю, что нуждаюсь в их помощи.
Но я готов, если это случится.
Я буду продолжать погружаться в воспоминания.
Каждый день я давал Прабхупаде манго, поскольку он упоминал о них.
Он говорил: "Это - любовь, это - сознание Кришны".
Я говорил ему, что чувствую, как меня наполняет надежда, и что это сознание Кришны кажется очень могущественным.
Я говорил, что мне придется поехать на выходные к родителям, но я должен сначала спросить у вас разрешения, ведь вы - мой гуру, и все мои передвижения должны быть одобрены вами, или хотя бы вам нужно знать, почему я исчез из вашего поля зрения на несколько дней.
"Да, - улыбался он, - ты прав".
Он позволял мне уехать и вернуться обратно.
Если они не засмеются, ничего страшного.
Может быть, это даже совсем не смешно.
Просто расскажи им, о чем ты говорил, и о чем говорил Свами. Я говорил, что здания перестали пугать меня. ?Свамиджи, я видел человека пьяного или, может быть, сумасшедшего, посреди улицы, он управлял дорожным движением.
Этот же самый человек приходил на киртан в храм прошлым вечером?.
"О, он был сумасшедший?" - спросил Свами.
Он жил в Нью-Йорке, выше шума и гнева, - лотос, плывущий по воде, уровень трансцендентной благости, которого он ждал и от нас, - то есть уважения к святому имени, отказа от мясоедения и употребления одурманивающих веществ, от недозволенного секса. Просто повторяй святые имена вместе с нами. Возможно, преданные здесь знают это из "Прабхупада-лиламриты".
Но я буду рассказывать им об этом снова.
Под деревом в шесть часов вечера они будут смеяться и слушать, или смотреть в сторону и думать о своей собственной работе.
Я буду рассказывать и испытывать от этого удовольствие. Буду желать, чтобы кто-нибудь стал чистым преданным моего духовного учителя.
19.
Прабхупада, я совершенно убежден, что вы никогда меня не покинете. Я также уверен, что никогда не покину вас.