Шрифт:
Рыжая /смягчаясь/: – Обожаю!
Брюнет: – Это самый прекрасный полет в моей жизни…
* * *
Блондин: – А вы, как вижу, и в самолёте работаете?
Лысый: – Да разве можно иначе?
Блондин: – Кому вы это говорите! Я уж сколько лет об одном мечтаю: отдохнуть бы. Так бы и забился в какую-нибудь нору, чтобы сидеть и ничего не делать. Ни-че-го…
Лысый: – Нет, вы только поглядите на того типа! Вон тот, чернявый, перед нами сидит, возле рыженькой. Я все смотрю на него и думаю: неужели ему ещё хочется? Он с самого Щецина к ней клеится.
Блондин: – Я её знаю, это манекенщица. Вы её ноги видели?
Лысый: – Да что там ноги, я этого типа знаю: это же знаменитый адвокат. Если б вы знали, сколько у него работы! И ему ещё хочется девочку снять!
Блондин: – Ну что, кажется, подлетаем?
Мотор начинает работать с перебоями и постреливает.
Блондин /несколько встревоженно /: – Что это мотор так барахлит?
Мотор продолжает хрипеть и сбиваться с такта.
Седая: – Вы только послушайте… Что-то испортилось?
Рыжая: – Господи Иисусе, что происходит?
Платиновая: – Падаем!!!
Блондин: – Боже, мы падаем!!!
Брюнет: – Спокойно, мы снижаемся на посадку…
Блондин: – Да вы что, с такой канонадой?! Это явно авария!
Платиновая: – Спасите!!!
Лысый: – Пустите-ка меня к окошку, я должен видеть, куда мы падаем!
Блондин: – А на черта это вам, какая разница, куда падать?!
Лысый: – То-то и оно, что разница есть: лишь бы не в воду, у меня насморк…
Визг и хрип мотора, испуганные крики, неразборчивые возгласы.
Лысый /нервно/: – А на ипподроме сейчас скачки… Пулавская… Вежбно…
Шумы и грохот, несомненно свидетельствующие о катастрофе.
ЧАСТЬ II
Слышны звуки райской музыки, на фоне которой раздаются робкие шепчущие голоса.
Платиновая /слегка ошеломлённо /: – В чем дело? Я умерла?
Блондин /мрачно/: – А вы как думаете? Все погибли на месте, никто не спасся!
Платиновая /в тревоге /: – Но нас куда-то несёт! Что это значит?
* * *
Лысый: – Как вы думаете, куда нас несёт?
Блондин /неуверенно/: – А черт его знает… Куда-то на небо, если вверх…
Лысый: – Да что вы такое говорите! Я же в партии!
Блондин: – Тс-с-с! Я тоже… Может, они проглядели. Смотрите-ка, а вот пилот летит, он, наверное, тоже партийный?
Лысый: – Подождите-ка… как это так – на небо? За что?
Седая /твёрдо/: После такой жизни на земле нас заживо на небо вознести надо!
Блондин: – Заживо уже отпадает…
Платиновая: – Тихо!
Лысый /совершенно остолбенев /: – Мать честная, ангел!..
Ангел /ласковым, звучным голосом /: – Приветствую вас на пороге рая. Святой Пётр, прошу открыть ворота, у нас новый заезд.
Слышится скрип небесных врат, затем райская музыка становится громче.
Платиновая: – Боже мой, как тут красиво!..
Лысый: – Чтоб я сдох, это ж райский сад! Смотрите-ка, мы и взаправду на небе. Кто бы мог подумать…
Брюнет: – С вами, милая пани, да ещё и в раю… Что-то чересчур хорошо…
Рыжая: – Выходит, мы вместе погибли. Как это романтично!..
* * *
Ангел: – Вот мы и на месте.
Блондин: – А что это такое? Негритянский посёлок? Древнеславянское селение?
Платиновая: – Скорее уж помесь того и другого.
Ангел: – Вот избушки, предназначенные для вас. Напитайте свои усталые души, а завтра вас разбудит пение ангелов и щебет райских птиц. И день вы начнёте благодарственной молитвой…
* * *
Рыжая: – И что, мы должны спать на этих нарах?
Седая: – Да это ж камень, а не нары! Вы только пощупайте!