Улыбаясь, я скинула вызов и бросила взгляд в окно. Еще пара остановок и я буду в Дальнем.

Майские праздники закончились, наступают суровые университетские будни. У меня есть две недели, чтобы подтянуть все хвосты, а потом начнутся зачеты и экзамены. Я никогда не окуналась в учебу с головой, но и злостным двоечником тоже отнюдь не была. Сессия для меня являлась чем-то неизбежным, но никак не абсолютным злом. Я монотонно выучивала материал, так же монотонно рассказывала его преподавателям и, получив запись в зачетку, какую - мне всегда было все равно, отправлялась на заслуженный отдых. Наверное, это было одной из причин, по которой за три года обучения я так и не подружилась с группой. Как-то раз я заметила, что именно сессия сближает моих одногруппников до состояния едва ли не семьи - такими сплоченными, помогая друг другу на экзаменах, подсказывая, покрывая. Все это никак не касалось меня. В своей группе я была одиночкой. Первого сентября, после торжественного вручения студенческих билетов, вместо того, чтобы вместе со всеми пойти в ближайшую кафешку и знакомиться, я поехала домой. Это стало первым кирпичиком в стене отчуждения. Затем выяснилось, что я никому не собираюсь помогать на семинарах и контрольных и уж точно не делюсь шпаргалками на экзаменах. Впрочем, я и никогда не ждала помощи от других. В итоге к концу первого полугодия у нас с группой сложились довольно стабильные отношения - мы старательно друг друга игнорировали. Мне было все равно: староста не забывал отмечать на занятиях и ладно.

В универе как всегда было шумно. Стайки галдящих девчонок и ржущих как кони парней сновали туда-сюда по коридорам и лестницам, раздражая своей шумностью. Как только у преподов голова не болит от этого постоянного гама?

– Добрый день!
– Преподаватель явно был в хорошем настроении.
– Надеюсь, вы все хорошо провели праздники и теперь готовы к финальному рывку перед сессией. Садитесь. О, госпожа Сарова, вы все-таки решили посетить нас до экзамена?
– Со все той же насмешливой полуулыбкой отметил мое присутствие он. Многие сокурсники после его слов обернулись к моей парте, только сейчас замечая, что я действительно присутствую на паре.
– А я,если честно, как раз сегодня собирался уточнить у вашего старосты, как долго он еще собирается ставить плюсы в журнале отсутствующему человеку.

Я удивленно оглянулась на парня. Чего это вдруг Шакунов такой добрый?

– Она тихая такая, что не поймешь, есть она или нет, - буркнул староста, хмуро глядя на меня.
– А так как обычно она не прогуливает...

– Все с вами понятно, молодые люди, - хмыкнул преподаватель.
– Сплоченей надо быть, дружнее как-то. Ладно, не об этом сейчас. Ну что, Сарова, готовы отчитаться мне за месяц отсутствия?

– Вполне, Геннадий Васильевич, - в тон ему усмехнулась я.

– Тогда прошу к доске. Вперед!

Отчиталась я по полной программе. Васильич остался доволен. Однако, уже отпуская нас на следующее занятие он посоветовал мне наведаться в деканат и написать объяснительную по поводу столь длительного отсутствия. Совет был, в принципе, правильным, и после пар я отправилась в деканат. Пока спускалась по лестнице на нужный этаж, в голову пришла мысль позвонить Киму и забрать-таки оставшиеся на его квартире свои вещи. Трубку бывший взял гудка после пятого.

– Здравствуй, - негромко произнесла я, когда молчание затянулось.

– Здравствуй, Ника, - спокойно ответил он.
– Что ты хотела?

– У тебя остались некоторые мои вещи. Когда я могу их забрать?

– Если есть возможность, давай сейчас, - после недолгого раздумья сказал Ким.
– Завтра я уезжаю по делам и меня не будет какое-то время в Дальнем.

– Хорошо. Тогда я подъеду через полчаса, нормально будет?
– Спросила я, прикидывая, успею ли закончить за ближайшие пятнадцать-двадцать минут дела в университете.

– Да, я буду дома. Заходи.

Пробормотав короткое 'пока', я сбросила звонок. Так, теперь в темпе в деканат писать объяснительную, а потом можно и к Игорю.

С объяснительной я провозилась минут пятнадцать - настырная методистка заставляла переписывать несколько раз, находя в каждом новом экземпляре одной ей ведомые ошибки. Так что, когда я выходила из универа, от обещанных Киму тридцати минут оставалось не так уж и много. Благо живет он недалеко от моего места учебы и дойду я достаточно быстро.

Ким открыл быстро, как будто уже ждал в прихожей.

– Проходи, - он посторонился, пропуская меня в квартиру. Разувшись, я прошла в гостиную. Оглядевшись, позволила себе удивленно хмыкнуть: он не стал ничего менять, все осталось так, как было при мне. Даже фото на серванте.

– И тебе нормально каждый день это видеть?
– Недоуменно спросила я, качнув в их сторону головой. Ким, конечно, всегда был для меня довольно странноватым, но это, по-моему, уже перебор.

– Нормально, - усмехнулся тот, так же как и я разглядывая фотографии.
– Мне они нравятся, да и кроме того, олицетворяют хороший период моей жизни, так зачем же я буду их убирать?

– Хороший?
– Зацепилась я за слово, открывая дверцу шкафа с одеждой. Так-с, где-то тут была парочка моих платьев...

– Естественно. Разве я когда-нибудь говорил, что мне плохо с тобой?
– Ким пожал плечами и прошел мимо меня к дивану. Вытянувшись на нем в полный рост, он поинтересовался: - Тебе помочь?