Среди Петухов в плане антисоветизма замечены: режиссеры Марк Захаров (1933; в начале 90-х он сжег свой партбилет перед телекамерами, и эти кадры увидел весь мир) и Никита Михалков (1945), поэт Евгений Евтушенко (1933), певец Юрий Антонов (1945), телеведущий Леонид Млечин (1957), «светская львица» Ксения Собчак (1981). Все они в разной степени (кто больше, а кто меньше) любят всуе пнуть советскую власть, рассказывая публике о том, как тяжело при ней жилось. С точки зрения характера Петуха все это закономерно. Эта «птица» любит привлечь к себе лишнее внимание, всегда хочет понравиться. А «жуткие» картинки былой советской действительности как ничто лучше помогают Петуху создать вокруг себя в глазах окружающих ореол этакого мученика. Дескать, меня гнули, а я не сгибался. Хотя какие они, к дьяволу, мученики: Захаров, Михалков, Евтушенко или Антонов? Один четверть века возглавлял театр с самым просоветским названием «имени Ленинского комсомола», другой был сыном автора официального советского гимна и снимал один фильм за другим, третий объездил весь мир (в советские годы посетил 91 страну, причем многие неоднократно), а четвертый хоть и был какое-то время запрещен на ТВ, но пластинки со своими песнями выпускал в таком количестве, что считался одним из самых высокооплачиваемых советских композиторов и певцов (с месячным заработком в 8–10 тысяч рублей при средней зарплате в стране 150 рублей).

Не отстают от Петухов по антисоветской части и их коллеги по одной астрологической команде – Змеи. И тут есть соответствующее объяснение. Змея – знак хитрый, изворотливый и старающийся никогда не упустить свою выгоду. А антисоветизм в современной России – занятие весьма выгодное. Кроме этого, Змея – знак аристократический, и, учитывая, что советская власть зижделась на союзе противоположных сил – рабочих и крестьян, а никак не аристократов, – то выходит, что и «жалить» ее Змеям не зазорно. Даже несмотря на то, что советские Змеи-аристократы жили очень даже неплохо. Взять, к примеру, тех же Леонида Ярмольника или Андрея Макаревича, сделавших себе имя именно в те «треклятые» годы, когда (по Ярмольнику) «с личностью человека не считались».

Все это четко укладывается в древнюю притчу о змее, которую путник пригрел у себя на груди, а она его в благодарность за это ужалила. Так и нынешние Змеи жалят почившую в бозе советскую власть в своих многочисленных интервью и публичных выступлениях. Среди этих Змей есть разные люди: как представители отечественной богемы (кроме упомянутых выше Ярмольника и Макаревича, это: Андрей Смирнов (1941), Валерий Золотухин (1941), Евгений Жариков (1941), Матвей Ганопольский (1953), Тигран Кеосаян (1965), так и политики, начиная от бывшего философа-марксиста Александра Ципко (1941) и заканчивая самим президентом России Дмитрием Медведевым (1965). Как говаривал бандит Брылов из фильма Петуха-Михалкова «Свой среди чужих, чужой среди своих»: «Хоошэнькая у нас компания».

Но вернемся к биографии Леонида Ярмольника.

29 мая 2010 года он оказался на одной встрече с премьер-министром России Владимиром Путиным. Дело было в Санкт-Петербурге, где под эгидой благотворительного фонда «Подари жизнь» в Михайловском театре был показан спектакль «Маленький принц». После него ряд деятелей российского искусства и оказались за одним столом с премьером. Среди этих деятелей был не только герой нашего рассказа, но и его коллеги: Андрей Макаревич, Марина Неелова, Олег Басилашвили, Лия Ахеджакова, Чулпан Хаматова, Алиса Фрейндлих, Сергей Гармаш, Диана Арбенина, Юрий Шевчук.

Ярмольник сидел по левую руку от премьера (вторым после Нееловой) и повел себя как-то странно. Когда начались вопросы к премьеру, он, как написали в «Московском комсомольце», «просьбу сформулировать не сумел и был отправлен за конкретикой». А ведь совсем недавно (а точнее, 12 мая) в упомянутом выше интервью «Аргументам и фактам» в статье под кричащим заголовком «Из нас делают быдло!» он камня на камне не оставил от действующей власти. Цитирую:

«Я ничего не понимаю в политике и не знаю, кто лучше – Путин или Медведев. Ясно, что у нас вертикаль, ясно, что нашим политическим лидерам трудно, ясно, что они пытаются как-то влиять на процессы. Но при всем при этом есть стойкое ощущение того, что мы бесконечно бегаем по кругу. И в этом весь ужас!.. Реальных подвижек практически не происходит…»

Но вот, казалось бы, судьба предоставила Ярмольнику уникальный шанс лично задать одному из высших руководителей страны этот вопрос: тварь ли я дрожащая или право имею? Быдло мы или не быдло? Тем более сидишь в метре от самого премьера. И что же? Да ничего! «Не смог сформулировать просьбу». То есть в редакции популярной газеты вон какой смелый, а на личной аудиенции с Путиным… В итоге эту миссию взял на себя Юрий Шевчук, который буквально атаковал премьера градом упреков: дескать, и свободы у нас нет, и князья с боярами от народа отгородились заборами и мигалками, и милиционеры служат карману, а не народу и т. д. и т. п.

С точки зрения астрологии поведение Шевчука объяснимо. Он Телец-Петух (16 мая 1957 года), а эта «птица» всегда говорит то, что думает, невзирая на лица. Правда, как уже говорилось выше, часто делает это, чтобы лишний раз обратить на себя внимание. Шевчук обратил – о его речи написали практически все печатные СМИ. Что касается Ярмольника, то и его позиция понятна. Он же Змея – хитрая и умная. Знает, когда надо высунуться, а когда отсидеться в тени. Против природы, как говорится, не попрешь.

Но хватит о политике, поговорим о творчестве.

В июне того же 2010-го на телеэкраны страны вышел сериал «Детективное агентство «Иван да Марья», где Ярмольник сыграл одну из главных ролей – частного сыщика с русским именем Иван. По его же словам:

«Я противник не сериалов в принципе, а того, как они делаются – быстро, зачастую некачественно! Сериал сегодня – это неотъемлемая часть нашей жизни. Их много, все их смотрят! Поэтому есть такая пагубная тенденция – что ни снимешь, все равно смотреть будут! Для меня сериал – это кино, поэтому хочется соблюдать законы, по которым в нашей стране умели и умеют снимать кино! А наш сериал – не такой серьезный, как все остальные. Детективных сериалов много, но все они разные. В одних вся правда и неправда очень серьезные. Другие, наоборот, сделаны очень смешно. Здесь мы пытались найти золотую середину. Есть место иронии, юмору – в связи как минимум с главным героем!..»