Вот приедет Женя, Женя нам поможет...

ГЛАВА 2

Почему Женя?

Во-первых, потому что страдающие вагинизмом, ( что так зовётся её недуг, Валя узнала от Жени, и что никакая она не дефектная, просто у неё сексуальное элементарное расстройство, легко устранимое ) , как правило, женщины боязливые, тревожно – мнительные, весьма стыдливы. Естественно для них обратиться к врачу, равносильно тем людям, у которых одно упоминание о бормашине, отбивает начисто охоту визита к стоматологу . Вот и Валя даже не помышляла о женской консультации.

Во-вторых, о Жене она знала почти всё. Первое время Юрий только о брате и говорил: какой он умница, добряк, чудные стихи пишет, вот только увлёкся странной затеей. Три года назад – Женя тогда учился в седьмом классе – у них в деревне появился бородатый юноша, внук бабы Фроси. Говорили, что его якобы выслали из Ленинграда, где учился в университете, а местом ссылки определили глухую деревушку за Байкалом, но родителям удалось добиться о поселении сына при бабушке. Старшая дочь бабы Фроси работала в кремлёвской клинике "бабьей докторшей" – гинекологом.

Юношу звали Геннадием. Отличный парень по всем статьям, мозговитый. Юрий как-то попробовал с ним пообщаться, так почувствовал себя дурак дураком. А с Женькой они сразу нашли общий язык, точно не один год вместе грызли один и тот же кусок гранита знаний. Гена жил спокойно, больше с книгами, да на машинке стучал. Время от времени ездил во Фрунзе: вроде его перевели в здешний университет, на заочный. Да, турнули его из ленинградского за стишки против Брежнева , вроде тюрьмой пахло, но мама подсуетилась: дело замяли, сыну определили ссылку.

По выходным Гена уходил за село в карагачёвую рощу, ставил палатку, наблюдал за птицами, фотографировал, делал записи в блокноте. Чем-то Женька привлек, и они крепко подружились, да так, что вскоре Гена допустил мальчишку к себе в "кабинет", где они о чём-то подолгу говорили, копались в книгах.

Юрию тогда было не до братишки: школьный ВИА всецело поглощал его. Мама от зари до зари на ферме, так что они были весьма довольны дружбой Жени с Геннадием, особенно мама: всегда под присмотром и дурному не научит...

Так продолжалось более года. Однажды зимой Геннадий зачехлил машинку, собрал отпечатанные листки в аккуратные стопочки, скрепил скрепками. Подумав чуток, одну стопку отдал Жене. Сказал, что едет во Фрунзе, покажет кое-кому рукопись. Возможно, с ним будут неприятности, возможно, он уже не вернётся сюда, поэ тому убедительно просит принять в дар и книги и машинку. Книги и рукопись желательно припрятать от греха подальше, до времени. А то, что время им придёт, он, Геннадий, убеждён на все сто...

Геннадий уехал днём, и действительно больше не появился. П оздно вечером приехала милиция, п роизвели обыск, но ничего не нашли. Допрашивали и Женю. О н, как и учил его друг, твердил одно: не ведает, куда увёз Геннадий книги, рукописи, фотографии, машинку. Бабушка показала тоже самое.

Женька очень переживал потерю друга. Одно время даже испугались за него: не свихнулся бы? Но бог миловал: Женя вдруг ударился в писание стихов, увлёкся фотографией. Правда, по-прежнему был молчалив, отдалился от друзей – приятелей. П орой казалось, что за это время он значительно повзрослел и общаться с примитивными " сопляками" ему не в радость.

Спустя три месяца, баба Фрося пригласила его к себе и с грустью сообщила: внучек жив-здоров, не в тюрьме, его "уехали" за границу якобы за сочувствие Солженицыну и за распространение порнографической литературы. О пять родители помогли избежать тюрьмы .

Через неделю Женя выкопал из погреба "подарки" Геннадия, и основательно отдался изучению его архива. Кроме книг по сексологии и рукописи "Интимная жизнь млекопитающих, включая человека", Женя обнаружил массу мелких, вроде шпаргалок, листочков папиросной бумаги с записями всё на ту же тему сексологии, а также "Дневник" за 1975год.